Он молчал. Потому что я была права, не веря ему сейчас, а он не умел врать.

– Молчишь, значит, что-то значу!

– Ты поймешь со временем...

– Давай! Иди отсюда!
– я оттолкнула его.
– Вали к своей Юлии, доживайте свою жизнь вместе! А я еще встречу! Молодого, говоришь? Конечно! Спасибо за уроки любви! Для меня тоже все было несерьезно, ты прав! Уходи! Полюблю кого-нибудь другого!
– я говорила назло, захлебываясь, а сама ждала, когда он возьмет свои слова обратно. Но он ничего не делал.
– Уходи!
– я вытолкала его за дверь.
– Я забуду! Умру и забуду, не беспокойся!

Я уткнулась в подушку на диване и сотрясалась от рыданий. Как он мог повестись на поводу своей жены! Ведь это были не его мысли, он никогда так не думал, он хотел уйти ко мне. Я не верила, что он это сделал.

Ночь я проплакала. Следующий день просидела в ожидании чуда, но ничего не происходило. Я сама пару раз набрала Лешу вечером, он не отвечал. Я проплакала следующую ночь, снова попробовала ему позвонить, но он не реагировал.

И я решила назло последовать его совету. Я привела себя в порядок и позвонила Тимуру. Мы периодически поддерживали связь, он поздравлял меня с праздниками, напоминал, что по-прежнему ждет меня, и я решила воспользоваться.

Он приехал при полном параде, с тортом, вином и цветами. Я надела маску, будто очень соскучилась и была безумно рада его видеть. Он несколько опешил от моего откровенного флирта, но заметно торжествовал по поводу смены моего настроя в его адрес.

– Какая ты сегодня красивая, - сказал он, поднимая бокал.
– За тебя.

– И за тебя, - я игриво приподняла бровь.
– Спасибо, что не отказался приехать, я уже давно о тебе думала.

– Думала? Как приятно, - он медленно подвигался ближе.

– Думала, - повторила я, облизав свои губы.

– Серьезно думала?
– он запустил свою руку мне на коленку.

– Серьезно, - я прижалась к нему грудью.

Мы переспали. Это был мой самый худший опыт. Я не чувствовала ровным счетом ничего, кроме пыхтения Тимура, и уж тем более не получила ни грамма удовольствия. Это было, как съесть шоколад и не почувствовать никакого вкуса. Мне хотелось рыдать, но я сдерживалась.

Мы еще лежали в постели, когда в дверь раздался звонок. Я быстро натянула домашние спортивные штаны и майку и двинулась в коридор.

Мое сердце опустилось ниже пяток. Это был Леша.

– Алина, прости меня, - он переступил порог.
– Я совсем не то наговорил. Это Юлия промыла мне мозги, я отчасти и согласен с ней, но...

Я смотрела на него во все глаза и поняла, какую ошибку совершила. Я не могла ничего сказать, а он тем временем дошагал до единственной комнаты моей квартиры... и остановился. Тимур прикрылся одеялом.

– Леша, не верь, - прошептала я, бессмысленно загораживая обзор.
– Это не то...

– Извините, - Леша откашлялся и двинулся обратно к двери. Я перебежала вперед него.

– Леша, это несерьезно, это назло, я не хотела, - я крепко обняла его, не давая идти, но он расцепил мои руки.
– Нет, - я прижималась к нему.

– Я все понял, не стоило мне, старый балбес.

– Нет, Леша, я не люблю его, я тебя люблю, прости. Я специально, в отместку.

– Я понимаю, дело молодое. Сегодня один, завтра другой, - сухо говорил он. Я поняла, что он не простит.

– Нет, нет, нет, - я начинала плакать, утыкаясь в его шею.
– Это только раз... я никогда не буду... Лешенька...

– Алина, все в порядке, продолжайте вечер.

– Леша, не уходи, ты нужен мне, - я уже рыдала, цепляясь за него из всех сил.

– Нет, спасибо, я лучше не буду смотреть.

– Он сейчас уйдет, ты его больше никогда не увидишь, я люблю тебя, Леша. Больше всех, больше жизни! Только не уходи! Прости!

– Прощай, Алина, - он отцепился от меня, пряча глаза, и открыл дверь.

– Леша, нет. Леша!

Дверь захлопнулась.

Я в слезах съехала по стенке вниз. Тут вышел Тимур, уже одетый, и взял куртку.

– Я лучше пойду, - проговорил он.

Я ничего не ответила, мне было наплевать на него. Он тоже закрыл за собой дверь, а я в истерике села на пол.

Я рыдала в голос. Я не успевала вытирать щеки, и мои слезы капали прямо на ковер. Я не могла собраться с мыслями, я совершила самую большую ошибку, которая стоила мне любимого человека. Он вернулся, а я его предала. Не в силах подняться, я легла прямо у входной двери и свернулась клубком. Я завывала как сторожевой пес. Мне было больно и обидно за свою же глупость. Я хотела умереть. Он унес с собой смысл моей жизни. Он унес мою жизнь. И на этот раз он точно не вернется, я это знала.