Возможно, сэр Чарльз слишком желторот, чтобы охотиться на чужаков там, где они должны быть, но теперь кто-то другой взял инициативу на себя. Причем с радостью.

Пруденс открыла газовые клапаны, и «Монгольфьер» пропал среди крутящихся оранжевых облаков.

Нервничая от того, что ему предстояло, Полудержатель продолжал просматривать пустынные улицы в попытке обнаружить хотя бы малейшие признаки движения. То, что он собирался сделать, противоречило стародавним законам: если его поймают, наказание будет ужасным — ритуальная откачка воздуха.

Краешком дальних глаз он заметил какое-то шевеление и насторожился, но это был всего лишь сборщик мусора, бесцельно шарящий в переулках в поисках отходов. В его появлении так близко к окраине не было никакого смысла, однако древние подпрограммы продолжали функционировать — знак смехотворного нежелания Старейшин менять устаревшие правила. Остроконечные колеса мусорщика издавали механический скрежет, когда он катился по живой шероховатой поверхности плавающего города. Полудержатель с удовлетворением отметил, что у него нет способности к антигравитации и никакого псевдоглаза. Мелочь безвредная. Тем не менее, пришлось прятаться в тени карниза величественного здания, пока мусорщик не убрался за скопление дремлющих строений.

Бахрома мерцала в турбулентной струе города, манящая, угрожающая — и обещающая.

Полудержатель прикрепил свой кошель покрепче, наполнил лифтгазом пузырьки плавучести и отплыл от купола.

Напряженная тишина воцарилась внутри «Тиглас-Пильссра». Аэростат спокойно вошел в плотные слои юпитерианской атмосферы и теперь медленно погружался, испытывая на прочность тончайшую скорлупку вакуумного баллона.

Там было гораздо светлее, чем ожидалось. Свет отражался от облаков, струился между ними игольчатыми лучами… Возможно, биолюминесценция?.. Невооруженному глазу это зрелище представлялось мрачным и замогильным, но даже обычный фотоумножитель с жидкокристаллическим индикатором давал пейзаж в ярком цвете и прекрасной контрастности. В инфракрасном же свете картинка выглядела просто поразительной — мерцание, радужные переливчатые формы с мягко светящимися краями, вылитый Эль-Греко…

Формально сэр Чарльз правильно поступил, сосредоточившись для установления связи с юпитерианами на облюбованном ими скварковом диапазоне частот. Тем временем активность ученых все больше смещалась в сторону исследования атмосферы Юпитера, хотя сердце главы СРЮП к этому не лежало. Если бы пришлось столкнуться с чужаками, он предпочел бы сделать вид, что их не существует.

— Жизнь, — воскликнула Кэшью, — повсюду жизнь! Настоящие джунгли.

— Скорее океан, — поправил Джонас, — глубинные впадины Земли.

— Жизнь возникает там, где может возникнуть, — процитировал Бейли, — но жизнь появляется и там, где возникнуть не может.

— И, конечно, она возникает там, где ее никто не ожидает, — подытожила Пруденс. — Большинству местных созданий присущи газовые мешки разных типов.

— Похоже на то, — подтвердил Джонас. — Смотри-ка, парят.

— Итак, атмосфера Юпитера — на самом деле гигантский океан, и эти твари плавают в нем?

— Верно, такая постановка вопроса имеет смысл. Глядите, инопланетные рыбы, целая коллекция.

Взгляды экипажа «Тиглас-Пильсера» оставались прикованными к экранам, поскольку перед ними продрейфовала бесконечная последовательность странных существ: газовые мешки с усиками и газовые мешки со сверхъестественными наростами, неизвестно для чего предназначенными, газовые мешки огромные, средних размеров и просто крошечные, скопления неуклюжих созданий, похожих на карикатурных птиц, а также существа, которые напоминали колоссальные блины, существа, напоминающие оранжевые кабачки, и существа, которые не напоминали ничего из того, с чем когда-либо сталкивался человек.

Еще одно создание тусклым силуэтом выплыло на свет из далекой темноты. Длинные усики свисали ниже тела, походя на пластину искромсанного в клочья пенопласта. Очертания верхнего края представляли собой причудливое сочетание острых углов и немыслимых узоров. Пруденс навела на незнакомца сонар, чтобы выяснить, на каком расстоянии он находится от зонда.

— Эй, посмотрите-ка на это чудо! Импульс сонара показал дальность двенадцать миль! Абсолютный чемпион среди гигантов!

Джонас выполнил мгновенную диагностику.

— Да, Пру, и впрямь истинный чемпион. Сто миль в длину и ни дюймом меньше. А почему бы и нет? Старина Юпитер настолько велик, что поверхность его облачного покрова в сто двадцать раз больше земной поверхности, а глубина достигает сорок тысяч миль! Почему бы здесь не водиться существам, по сравнению с которыми наши киты и гигантские кальмары напоминают планктон?

— Действительно. Только трудно такое осознать. — Пруденс сделала паузу, чтобы собраться с мыслями. — Хм-м, вижу слабое эхо. От другого существа, находящегося еще глубже. Пожалуй, перемещу-ка я зонд поближе, и мы его рассмотрим.