Шрифт:
Это тот самый случай, когда можно легко поразить воображение собеседника, упускающего из виду какое-нибудь небольшое обстоятельство, на котором, однако, зиждется весь ход рассуждений. То же самое, мой дорогой Ватсон, можно сказать и о ваших рассказиках, интригующих читателя только потому, что вы намеренно умалчиваете о некоторых подробностях.
Еще Холмс упоминает свои работы об отпечатках следов, о влиянии профессий на форму руки и конечно о табачном пепле. «Или вот еще работа об отпечатках следов, в ней говорится об использовании гипса для сохранения отпечатка… — говорит он Ватсону, показывая письмо от знакомого сыщика, переводящего его труды на французский. — Одно небольшое исследование посвящено влиянию профессий на форму руки, в ней даны литографии рук кровельщика, моряка, пробочника, композитора, ткача и шлифовальщика алмазов. Это исследование представляет собой большой практический интерес для детектива, относящегося к своей профессии как к науке. Оно особенно полезно, когда нужно опознать труп или определить занятие преступника».
Но Холмс также написал как минимум две книги, не имеющие никакого отношения к детективной деятельности. Это монография «Полифонические мотеты Лассуса», сочиненная им в период увлечения средневековой музыкой, и «Практическое руководство по разведению пчел», которое Холмс написал на ферме в Суссексе, куда он удалился, расставшись с профессией сыщика. Эти две работы важны тем, что они демонстрируют, насколько глубоко Холмс погружался в любое дело, которым начинал заниматься. С учетом этого, можно предположить, что где-то существует еще вышедшее из-под его пера практическое пособие для шпионов. Это только догадка, но почему бы и нет? Вокруг Холмса очень много догадок.
Взирайте на плоды ночных раздумий и дней, наполненных трудами, когда я выслеживал трудолюбивых пчелок точно так, как когда-то в Лондоне выслеживал преступников.
Шерлок Холмс и английские законы
Холмс не стремился служить в полиции. Да и там не рвались заполучить его в свои ряды. И дело тут не только в нелюбви Холмса к рутине, но и в специфике конкретно английских законов.
В Великобритании полиция появилась фактически только в 1829 году, и прав у нее было не особенно много. Англичане ревностно охраняли свои свободы, даже в ущерб безопасности. Тот же Джек-Потрошитель из всех европейских столиц мог появиться только в Лондоне, потому что там полиция не могла арестовать ни одного подозреваемого, пока не было весомых улик. Да и допросить его даже после ареста было бы непросто. Уже упоминавшийся сэр Роберт Андерсон писал: «Заключенного ревнивее всего охраняют от любых попыток получить у него признания ему в ущерб».
В рассказах Конан Дойла немало эпизодов, которые в свете английских законов выглядят крайне маловероятными. Это и ларец с драгоценностями, который дали Ватсону, чтобы он показал его мисс Морстен (у лондонских сыщиков волосы дыбом вставали, когда он взламывал кочергой такое важное вещественное доказательство), и беседа с Джонатаном Смоллом без адвоката, и вмешательство полиции в дела, которые уже должны быть подконтрольны суду. Будь Холмс полицейским, все это пришлось бы как-то объяснять. Но он — частный сыщик, а значит, полицейские процедуры остаются на заднем плане. Может Джонсу пришлось писать объяснительную по поводу ларца, кто знает. Для Холмса это уже неважно, а значит и для читателя тоже.
…Взвешиваются все возможности, с тем чтобы выбрать из них наиболее правдоподобную. Таково научное использование силы воображения, которое всегда работает у специалистов на твердой материальной основе.
Шерлок Холмс и пресса
Как известно, Холмс не стремился к тому, чтобы о нем писали в газетах. Однако самими газетами он очень интересовался.
В те времена печатные издания были единственными СМИ, именно они распространяли информацию и формировали общественное мнение. Газеты читали все, от крестьян до королей. Но Холмс не только читал прессу, он еще использовал ее в расследованиях.
Например, в «Собаке Баскервилей» он демонстрирует, что различить шрифты разных газет для него так же легко, как сто сорок сортов табака. «Знание шрифтов — одно из самых элементарных требовании к сыщику», — объясняет он доктору Мортимеру. А в рассказе «Знатный холостяк» Холмс поручает Ватсону просмотреть газеты и подобрать в хронологическом порядке заметки, рассказывающие о нужном ему деле.
В «Этюде в багровых тонах», «Собаке Баскервилей», «Черном Питере», «Голубом карбункуле» и «Чертежах Брюса-Партингтона» он ловит преступников на объявления, которые дает в газетах. Причем в последнем из этих рассказов показано, что этим методом пользуется не только он. Как и методом дезинформации при помощи прессы — в «Шести Наполеонах» Холмс через газеты сообщает преступнику ложные сведения, а в «В Сиреневой Сторожке» это же делает инспектор Бэйнс, причем на его обман попадается и сам Холмс, чему нисколько не обижается, а наоборот говорит Бэйнсу: «Вы далеко пойдете в своей профессии».
Все версии, которые я составил на основании газетных сообщений, оказались ошибочными. А ведь можно было даже исходя из них нащупать вехи, если бы не ворох подробностей, которые газеты спешили обрушить на головы читателей.
Шерлок Холмс — начало карьеры детектива
В «Обряде дома Месгрейвов» Холмс говорит: «Вы, должно быть, помните, как происшествие с «Глорией Скотт» и мой разговор с тем несчастным стариком, о судьбе которого я вам рассказывал, впервые натолкнули меня на мысль о профессии, ставшей потом делом всей моей жизни. Сейчас мое имя стало широко известно. Не только публика, но и официальные круги считают меня последней инстанцией для разрешения спорных вопросов. Но даже и тогда, когда мы только что познакомились с вами — в то время я занимался делом, которое вы увековечили под названием «Этюд в багровых тонах», — у меня уже была довольно значительная, хотя и не очень прибыльная практика. И вы не можете себе представить, Ватсон, как трудно мне приходилось вначале, и как долго я ждал успеха».