В картотеке Холмса о ней написано: «Родилась в Нью-Джерси в 1858 году. Контральто… Ла Скала… Примадонна императорской оперы в Варшаве». Позже Холмс со слов конюхов говорит, что она «самое прелестное существо из всех, носящих дамскую шляпку на этой планете», а от себя добавляет: «Очень миловидная женщина с таким лицом, в которое мужчины влюбляются до смерти».

Наконец в финале, когда Ирэн Адлер ускользает, одурачив Холмса, король восклицает: «Что за женщина, о, что за женщина!.. Разве я не говорил вам, что она находчива, умна и предприимчива? Разве она не была бы восхитительной королевой? Разве не жаль, что она не одного ранга со мной?» На что Холмс холодно отвечает: «Насколько я узнал эту леди, мне кажется, что она действительно совсем другого уровня, чем ваше величество». А дальше читатель может сам гадать об его истинных чувствах, в меру своей романтичности.

Ватсон же в финале подводит такой итог: «Хитроумные планы мистера Шерлока Холмса были разрушены мудростью женщины. Холмс вечно подшучивал над женским умом, но за последнее время я уже не слышу его издевательств. И когда он говорит об Ирэн Адлер или вспоминает ее фотографию, то всегда произносит, как почетный титул: «Эта Женщина».»

Еще одна значимая женщина в жизни Холмса — это без сомнения миссис Хадсон, хозяйка квартиры, в которой он прожил более двадцати лет. И скорее всего, она вообще единственная женщина, с которой он так долго и тесно общался.

Конан Дойл описывал ее довольно скупо, поэтому о возрасте и внешности миссис Хадсон можно судить очень приблизительно. Скорее всего она была средних лет или пожилая и вполне возможно достаточно грузная — Ватсон называет ее поступь «величественной». Вероятно вдова, но вполне возможно, что в разъезде с мужем — для того времени это была достаточно обычная ситуация (разводы были сложными, но супруги могли разъехаться и десятилетиями жить раздельно).

Некоторые исследователи считают, что миссис Хадсон звали Мартой. Эта версия основывается на предположении, что помогавшая Холмсу шпионка Марта из рассказа «Его прощальный поклон» — это миссис Хадсон.

Со слов Ватсона также известно, что она хорошо, но не слишком разнообразно готовила, любила чистоту и страдала из-за неаккуратности и странных привычек Холмса. Однако она со всем мирилась, потому что очень его уважала.

Более того, когда потребовалась ее помощь, миссис Хадсон активно включилась в дело — как известно, в рассказе «Пустой дом» она подползала к восковой фигуре Холмса и меняла ее положение, чтобы создать впечатление, что это живой человек. Для добропорядочной пожилой английской леди это почти подвиг.

В рассказе «Шерлок Холмс при смерти» Ватсон рассказывает: «Квартирная хозяйка Шерлока Холмса, миссис Хадсон, была настоящей мученицей. Мало того, что второй этаж ее дома в любое время подвергался нашествию странных и зачастую малоприятных личностей, но и сам ее знаменитый квартирант своей эксцентричностью и безалаберностью жестоко испытывал терпение хозяйки. Его чрезвычайная неаккуратность, привычка музицировать в самые неподходящие часы суток, иногда стрельба из револьвера в комнате, загадочные и весьма неароматичные химические опыты, которые он часто ставил, да и вся атмосфера преступлений и опасности, окружавшая его, делали Холмса едва ли не самым неудобным квартирантом в Лондоне. Но, с другой стороны, платил он по-царски. Я не сомневаюсь, что тех денег, которые он выплатил миссис Хадсон за годы нашей с ним дружбы, хватило бы на покупку всего ее дома.

Она благоговела перед Холмсом и никогда не осмеливалась перечить ему, хотя его образ жизни причинял ей много беспокойства».

Отношение миссис Хадсон к Холмсу не испортилось и после того, как он дважды очень жестоко ее провел — один раз заставив поверить в свою смерть, а второй — притворившись смертельно больным. Причем он знал о ее чувствах и играл на них намеренно. Пожалуй, создается впечатление, что за годы, проведенные вместе, Холмс стал для миссис Хадсон кем-то вроде любимого племянника, которым можно гордиться и прощать ему любые прегрешения.

И наконец последняя важная женщина в жизни Холмса — мисс Мэри Морстен, впоследствии миссис Ватсон, жена его лучшего друга и причина серьезных изменений в его жизни.

Как быстро Холмс почувствовал угрозу его спокойствию и стабильности? Вероятно, интерес Ватсона он заметил сразу, не зря на замечание о том, какая мисс Морстен очаровательная девушка, он не просто ответил, что не заметил этого, но еще и прочитал целую лекцию о внешности и душевных качествах: «Поверьте, самая очаровательная женщина, какую я когда-либо видел, была повешена за убийство своих троих детей. Она отравила их, чтобы получить деньги по страховому полису. А самую отталкивающую наружность среди моих знакомых имел один филантроп, истративший почти четверть миллиона на лондонских бедняков».

К тому времени, как они приехали к мистеру Шолто, Холмс уже точно должен был понять, что на этот раз Ватсон не просто проникся симпатией к очередной хорошенькой клиентке, а серьезно влюбился. Вряд ли он мог пропустить рассказ о том, как к Ватсону в палатку заглянул мушкет и он дуплетом уложил его из двуствольного тигренка.

А уж после разговора Ватсона с мистером Шолто все сомнения отпали бы даже у менее наблюдательного человека: «Холмс утверждает, что он слышал, как я предупреждал его ни в коем случае не принимать более двух капель касторового масла, поскольку это очень опасно, и настоятельно советовал в качестве успокаивающего средства в больших дозах стрихнин».