Как только они прибыли, Фрея сразу же влюбилась в это место. Там были машины, которые вполне вписывались в городской пейзаж, но по дорогам ездили также повозки с лошадьми, что придавало месту еще большее очарование.

Они заехали в небольшой отель, прямо около реки. Окна комнат выходили на воду. Здесь у Фреи в номере тоже был балкон, но не рядом с Джексоном. Ее соседями оказались Эймос и Жанин.

Выйдя на балкон, Фрея заметила, что Жанин задумчиво смотрит на улицу.

– Я рада, что твоя комната так близко к нашей, – сказала Жанин. – Мне очень нужна твоя поддержка.

– Эймос ведет себя капризнее, чем обычно? – спросила Фрея.

– Ты ведь заметила, как он всем этим увлечен, но в нем что-то изменилось.

– Он продолжает тебя удивлять?

– Да. Он все время спрашивает, что я думаю о тех или иных вещах. Раньше он едва ли хотел слышать мое мнение.

– Да? – произнесла Фрея изумленно. – Я такого не заметила.

– Это происходит, только когда он со мной наедине.

– Я помню, ты говорила, что он гораздо чувствительнее, чем многие могут подумать.

– Эймос не переживет, что кто-то считает его эмоциональным и ранимым. Давай спустимся и что-нибудь перекусим.

В холле они обнаружили стенд с книгами об Эдфу на разных языках, специально для туристов. Эймос схватил три и бросил их на стол.

– Тут говорится, что храм Гора в этом городке является наиболее сохранившимся из всех древних храмов в Египте. Нужно понимать, как много значат эти слова, – гордо произнес он.

Он перевернул страницу и заметил фотографию храма, сделанную сверху.

– Он огромный, – изумилась Фрея.

– Фигура слева изображает фараона, – рассказал Эймос, указывая на барельефы. – Рядом с ним статуя Гора, позади него изваяние богини Хатхор, жены Гора. Маленькая фигура – их сын Ихи. Фараон совершает жертвоприношение, чтобы выказать им свое почтение.

За обедом Эймос говорил мало, но с его лица не сходила улыбка. Когда Фрея предложила отправиться в постель пораньше, чтобы быть готовым к завтрашнему дню, не последовало никаких возражений.

Как только команда отправилась в дорогу до храма, Эймос сразу же принялся детально изучать книгу, которую купил накануне. Он внимательно листал ее, замечая все важные места, и особенно отметил Гипостильный зал, где находилась статуя Гора.

Когда они подъехали к храму, то сразу заметили то, что искали.

– Быстро сюда камеру! – скомандовал Ларри, очарованный великолепием огромного монумента, в десятки раз превышающего его рост.

Они зашли внутрь и сразу заметили фрески, на которых бог был изображен в виде человека с головой сокола. Позади него стояла его жена Хатхор. На шее у нее красовалось искусно сделанное ожерелье.

– Она была известна как богиня в обличье коровы, – пояснил Джексон. – У нее лицо женщины, но два закрученных рога на голове. Сфера между ними олицетворяет наш мир.

– Она также очень могущественна, – вмешался Эймос. – Хатхор покровительствовала материнству, женственности, любви и счастью. И была женой Гора. Самая чуткая богиня из всех. Гор подарил ей это ожерелье в знак своей безграничной любви.

Он склонил голову к Жанин, в ответ она улыбнулась. Слова Эймоса звучали очень сентиментально. Джексон выглядел удивленным.

– На самом деле, все не так просто. В некоторых легендах она его жена, а в некоторых – мать.

– Я думала, что его мать Исида, – засомневалась Фрея.

– Зависит от того, о каком Горе мы говорим, о Горе Старшем или Младшем. Их было двое. Отец и сын.

Эймос задорно улыбнулся и схватил сына за плечо:

– Гор Старший и Гор Младший! Как потрясающе звучит!

После этих слов он отправился исследовать храм.

– Все идет просто отлично, – сказал Джексон, догнав Фрею по пути обратно к автобусу. – Кажется, Эймос больше не выглядит таким уж слабым, он перестал задыхаться.

– Ты прав. Думаю, что смогу скоро отправиться домой.

– Не нужно так спешить. Наслаждайся тем, что ты здесь, тут ведь так здорово.

– Нет, я мешаю тебе работать. Думаю, ты обрадуешься, когда я исчезну отсюда.

– Я обрадуюсь, когда ты перестанешь нести чушь, – шутливо сказал он. – Я думал, мы снова друзья?

– Мы друзья. У меня есть весомые причины, чтобы рваться домой.

Она поспешила вперед, оставив Джексона в недоумении. Он хотел бы, чтобы она все ему объяснила, но от Фреи этого было тяжело добиться.