Во время ужина Джексон рассказывал новые увлекательные истории.

– Никогда не считал себя близким к магии и мистике, но как я ошибался! Волшебство началось сразу же, как только я приехал. Я остановился в отеле совсем близко к пустыне с великими пирамидами, и из моего окна можно было даже увидеть одну из них. Никогда не забуду, как я стоял пораженный и всматривался в очертания пирамид, окутанных мраком ночи. И куда бы я ни пошел – храмы, Долина царей, буквально все заставляло замирать от восхищения.

– Но что именно ты так хотел сказать отцу? – перебила Жанин. – Мы все просто сгораем от любопытства.

– Ах, ну да. Мне нужно было изучить богов Древнего Египта. Их, оказывается, очень много, и все имеют определенную силу, но самым могущественным считается Гор.

– И что же в нем есть такого, что может привлечь мой интерес? – спросил Эймос.

– Он известен как бог-сокол [1] . Я не мог поверить, когда впервые услышал, но на всех изображениях и статуях он изображен как сокол. Вот, посмотри.

Джексон вытащил из своей сумки маленькую фигурку бога с головой сокола.

Жанин рассмеялась из-за того, с каким лицом Эймос стал рассматривать фигурку.

– Могущественный, говоришь, – пробормотал глава семейства.

– Именно. Он является покровителем неба, солнца и луны, – пояснил Джексон. – Я думал, тебе точно понравится.

Эймос искренне заулыбался, что было для него редкостью.

– Да, мне действительно нравится.

После ужина сын с отцом удалились продолжить разговор о поездке Джексона в Египет.

– Я так рада за него, – сказала с улыбкой Жанин своей дочери, – да и к тому же Эймос одобряет.

Затем Фрея пожелала всем спокойной ночи и отправилась спать. Она долго лежала, погруженная в раздумья, и искренне надеялась, что воспоминания о произошедшем между ней и Джексоном превратятся в еле различимые тени, а их прежняя теплая дружба вернется. Наконец, она смогла уснуть.

Она проснулась от звуков из соседней комнаты Джексона. Он говорил очень резко, будто был чем-то сильно раздражен. Второй голос был очень похож на Дэна.

Фрея быстро встала, накинула халат и вышла в коридор. Дверь в комнату Джексона была закрыта, но через стену она могла отчетливо слышать раздраженные голоса.

– Тебе должно быть стыдно! – рычал Джексон. – И ты, черт возьми, прекрасно это знаешь! Сбежал, как трус, перед самой свадьбой!

– Не перекладывай всю вину на меня, – прозвучал голос Дэна, – именно ты помог мне принять решение.

– Неправда!

– Еще как правда! Ты сказал, что лучше бросить ее сейчас, чем сделать это позже и тем самым еще больше ее ранить, а я просто последовал твоему совету.

Фрея была поражена, но потом собралась с духом и распахнула дверь. Джексон сидел за столом, напротив компьютера. С монитора на него смотрел, ухмыляясь, Дэн, они разговаривали по видеосвязи. Его надменность тут же исчезла, как только он увидел, что Фрея встала позади Джексона.

– Сюрприз, Дэн! – сказала она с издевкой. – Не ожидал?

– Фрея, давай лучше потом поговорим, – попросил Джексон.

– Это я с тобой поговорю потом, а с ним я поговорю прямо сейчас.

– Собственно, разговаривать тут особенно не о чем, – вставил Дэн.

– Будь добр, поясни, что именно ты имел в виду, когда сказал, что просто последовал совету Джексона?

– Я сказал ему, что не хочу жениться, и он посоветовал мне бросить тебя до свадьбы. Мол, это лучше, чем если бы я бросил тебя уже женившись. Мне казалось, он лучше знает, поэтому я сделал, как он сказал. Мне пора, Фрея. Пока.

Дэн быстро оборвал связь и исчез с экрана.

– Он солгал, да? – спросила Фрея. – Пожалуйста, скажи мне, что он солгал.

– Он исказил мои слова, – оправдывался Джексон. – Он сказал, что и не думал жениться. Он сделал тебе предложение только потому, что Эймос пытался его запугать, а не потому, что он действительно тебя любил. Я вспылил и в сердцах сказал, что он обманул тебя, что ему следовало бы быть честным с тобой с самого начала и что он ранит тебя больше, если женится не по любви и только потом раскроет тебе всю правду.

– Так ты все же сказал это? – ахнула Фрея.

– Но не так, как он все это изобразил. Я имел в виду, что он не должен был вообще планировать свадьбу и помолвку, а не то, что он должен сбежать в последний момент. Как видишь, он нашел мои слова прекрасным поводом для своего трусливого побега и переложил свою вину на меня. Это было глупо с моей стороны, но я не строил никаких коварных планов. Фрея, прошу тебя, попытайся понять. Я ни за что не хотел, чтобы все вышло именно так.

– Ты сказал, что он сделал мне предложение только потому, что Эймос его запугал. Что это значит?