— Не совсем так, — улыбнулся Буров девочке, которая по-прежнему не сводила с него глаз. — Меня ваш сын попросил, что я обеспечил Насте безопасность, по крайней мере, до ее совершеннолетия. К сожалению, моего согласия никто на это не спрашивал. Не знаю почему, но Груздев решил, что мне нужны деньги, а это не так, я к ним равнодушен.

— Почему вас они не интересуют? — спросила девочка. — Деньги, мне кажется, нужны всем.

— Я легко обхожусь без этих бумажек, поскольку живу в лесу, в своей избушке, — ответил Тихомир. — Платить мне за нее никому не надо, слово ЖКХ меня не пугает. Рядом с избушкой, есть небольшой огородик, который меня кормит. Одежду и все, что мне нужно, приносят селяне за то, что я их лечу и даю лечебные травки, которые собираю в лесу. Я живу по древнему закону, звучит он так: «Волхв живет от Трудов своих. Трудясь, живет, а не на содержании близких своих. Трудом целителя, наставника, земледельца, мастерством в том иль ином ремесле. Волхв всегда живет тем, что вырастил сам, что в лесу собрал, что от людей получил в дар иль в уплату за лечебу, учебу, изделия рук своих, а не подаяниями или рентной платой паствы».

— А болезни, врачи? — спросила старушка. — Например, у меня больное сердце, кто мне поможет в деревне? Конечно, я верю, что вы очень хороший целитель, странник, но иногда требуются и операции и дорогие лекарства.

— Дело в том, что болезни гнездятся в основном в городе, — ответил Буров. — Селяне болеют редко, на сердце вообще мало кто жалуется. Чистый воздух, физическая работа, еда со своего огорода без удобрений и ускорителей роста — все это продлевает жизнь и сохраняет здоровье. Болезни живут в городе, это он убивает людей.

— Не хотела бы я жить в глуши, — проговорила Настя. — Ни телевизора, ни компьютера, ни сотового телефона, сходить некуда, подружек и тех нет…

— Я это понимаю, поэтому не собираюсь везти тебя в свою глушь, — ответил Тихомир. — Мы поедем в Европу, а куда решайте сами. Когда вы определитесь, я разработаю план, и мы отправимся туда, куда вы решили. После этого, если вам не понравится на новом месте, можно будет передумать, но только через полгода. Итак?

— Я не знаю, — девочка посмотрела на Антонину Петровну. — Куда мы поедем, бабушка?

— Тебе надо учиться, получить образование, поэтому поедем туда, где все это есть, — осторожно проговорила старушка. — Но решать будет этот господин, потому что главное все-таки безопасность. Как вы думаете, Англия нам подойдет?

— Вполне, — кивнул Буров. — Русских в Лондоне больше трехсот тысяч, так что и поговорить будет с кем на родном языке. С безопасностью там тоже все в порядке, преступность небольшая, полиция хорошо работает, видеокамеры на каждом углу.

— В Англию я бы поехала, — покивала Настя. — Мне девчонки рассказывали, что там круто, бутиков много, ночных клубов, разных развлечений полно.

— Тогда готовьтесь, — странник устало откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. — Выезжаем завтра или сегодня ночью, все зависит от расторопности вашего начальника службы безопасности. Как только сделает паспорта, сразу уедем.

— А папа? — спросила Настя, у нее на глаза навернулись слезы. — Разве мы его не похороним?

— Об этом я не подумал, — помрачнел Тихомир. — Хорошо, уезжаем сразу после похорон, а они, как я понял, состоятся завтра?

— Так решили власти, — сказала Антонина Петровна. — Ну что ж, раз все решили, тогда начнем понемногу собираться.

— На самом деле, чем меньше вы возьмете вещей, тем легче будет, — проговорил Буров. — У нас есть деньги, мы купим все, что нам понадобится, в любой части мира, берите только то, что нельзя приобрести за звонкую монету. Ни в коем случае не берите телефоны, планшеты, смартфоны, и другие электронные приборы, которые легко отслеживаются. И вообще забирайте из этого дома только то, что вам дорого…

— У меня немало такого добра наберется, — печально улыбнулась старушка. — Одних только альбомов с фотографиями близких мне людей наберется двадцать штук. Извините, но я прожила долгую жизнь, а значит, и памяти много.

— Сделайте из двадцати альбомов один, — предложил Тихомир. — Не стоит везти с собой все свое прошлое, обычно достаточно только выводов.

— А вы мудрый человек, — Антонина Петровна взглянула на него. — Ваши слова несут в себе нечто большее, чем кажется с первого взгляда. Я учту ваше предложение.

— Странник, — Настя села напротив него. — Мне сказали, что вы спасли меня, потому что я умирала, и никто не мог мне помочь. И еще сказали, что кто-то захотел моей смерти, и эта болезнь была на меня направлена специально. Что-то вроде вируса. Это правда?

— Большей частью сказано правильно, — согласился Буров. — Ты действительно могла умереть, если бы я приехал чуть позже, как правда и то, что это была необычная болезнь, ее называют обычно порчей.

— Ведь получается, что это было покушение на убийство? — спросила девочка. — За такие дела люди должны сидеть в тюрьме. Почему меня хотели убить?

— Как бы это тебе точнее сказать, — Тихомир задумался. — Вот представь себе, что в одном сообществе перемешаны разные существа: одни обладают высшим духовным разумом, а другие имеют животный разум и развитые инстинкты, как ты думаешь, кто окажется наверху и будет править таким миром?