Сквозь неплотно прикрытую стеклянную дверь в конторку доносился шум работающих станков. Мастер Филипп Назарович Колотухин положил на рычаг трубку телефона и через очки строго посмотрел на дверь. В дверях стоял токарь Василий Желтов, парень длинный, худощавый, но мускулистый. Серенькая кепка у него была сдвинута на затылок, белесый вьющийся чуб свисал на лоб. В руках он держал промасленную тряпку и вытирал ею пальцы.

Мастер качнул головой, и Желтов, поняв этот жест, плотнее прикрыл за собою дверь и шагнул к столу.

— Вы меня вызывали, Филипп Назарыч?

— Вызывал.

— По какому делу?

— По такому, — старик сердито глянул на Желтова и нахмурился. — Ты чего к девчушке пристаешь? А?

— Что вы, Филипп Назарыч, я… ничего, — смущенно пробормотал Желтов и густо покраснел.

— Вот то-то: «ничего»… Нехорошо это, Желтов, не по-комсомольски. Зачем обижаешь девушку?

— Обидишь ее, как же! Она сама кого хочешь обидит! — буркнул Желтов и мрачно покосился в угол.

— Ну, вот что, — сухо проговорил мастер и встал. — Долго мне с тобой рассуждать некогда. И я, и ты — оба на работе. Чтобы штучек этих больше не было…

Желтов тряхнул головой, так, что чуб свесился на лоб еще больше, закрыв глаз, досадливым движением спрятал волосы под кепку, хотел что-то сказать, но раздумав, махнул рукой и вышел из конторки.

У дверей он немного постоял, прислушиваясь к ритмичному гулу работающего цеха, и пошел по проходу.

Возле большого во всю стену окна проход сворачивал вправо. За поворотом стояла у токарного станка девушка. Маленькую полную фигурку ее туго обтягивал синий халат. Такая же синяя косынка прикрывала густые пышные волосы. Чуть пригнувшись и прикусив от усердия губу, она напряженно следила за движением резца, из-под которого вилась колечками тонкая стружка. Когда резец дошел до края детали, она остановила станок, быстрым движением сняла готовую деталь, отливавшую холодным голубоватым блеском, и протянула руку за новой болванкой.

— Уже наябедничала! — громко сказал Желтов, проходя мимо.

Девушка обернулась, увидела Желтова, и на полных, тугих щеках ее вспыхнул румянец.

— Никому я ничего не ябедничала. Очень мне нужно! — громко, с сердцем ответила она.

Плечи ее чуть приметно дрогнули. Желтов хотел сказать что-то еще, но, вспомнив разговор с мастером, засвистел и зашагал дальше. Его станок стоял неподалеку. Он закрепил болванку, покосился в сторону синей косынки, включил мотор и весь ушел в работу.

То, что Василий Желтов и Нина Иванцова — враги, не было тайной для всего токарного цеха. В первый же день, едва Нина появилась на заводе, они наговорили друг другу много неприятного. Но Желтов встретился с Ниной впервые не в цехе, а гораздо раньше.

Случилось это в воскресенье, в самом начале зимы. Был ясный морозный день, и Желтов пришел на пруд в отличном настроении. Выйдя из теплой раздевалки на лед, он с удовольствием сделал несколько шагов и покатил вперед. И лед, и первый снежок, тонким слоем лежащий по краям катка, — все сверкало и искрилось на солнце.

Среди катающихся Желтов заметил Аню Смородину, знакомую сверловщицу из механического цеха, а рядом с ней — невысокую полную девушку, которую он видел впервые. Одетая в зеленый вязаный свитер и зеленую шапочку, из-под которой выбивались пушистые колечки волос, она показалась Желтову похожей на маленькую елочку.

«Сейчас я покажу им класс», — с горделивой самоуверенностью хорошего конькобежца подумал он и побежал к девушкам, небрежно заложив руки за спину. Аня дружески махнула ему пестрой варежкой и заулыбалась. Незнакомая девушка повернулась и тоже посмотрела на Желтова. Но неожиданно нога у него подвернулась, и Желтов шлепнулся на лед.

Девушки громко захохотали.

Проклиная себя за неловкость, Желтов поднял глаза и увидел круглое хорошенькое личико, разрумянившееся от мороза и с инеем на длинных ресницах.

— Нечего зубы скалить. Сами попробуйте! — сердито проворчал он, отлично понимая, что сердитый вид и это «сами попробуйте» делают его еще более смешным.

Отряхивая снег, он покатил прочь и услышал, как незнакомка пропела ему вслед:

— Смеяться, право, не грешно над тем, что кажется смешно!

И обе девушки снова звонко закатились.

Хорошее настроение, с которым Желтов пришел на каток, пропало окончательно.

…В понедельник утром комсорг токарного цеха Гриша Белянкин подошел к Желтову и тронул его за плечо. Желтов обернулся и увидел рядом с комсоргом синюю косынку и под ней — колечки волос и знакомые карие глаза, внимательно рассматривающие его.

— Знакомься, Вася, — сказал Белянкин. — Наш новый токарь Иванцова. Как лучший производственник, объяснишь ей, что к чему.

— Мы уже, кажется, знакомы, — сказала девушка, протягивая Желтову маленькую руку, и улыбнулась дружеской открытой улыбкой. Но улыбка эта Желтову почему-то показалась насмешливой.