— Андрей, может ты поедешь домой и отдохнешь? — робко поинтересовалась у него Марина.

— Что? Ты это серьезно сейчас?! Предлагаешь мне отдыхать, когда моя дочь находится на грани жизни и смерти! Ты что несешь?! — сорвался на нее муж.

— Не кричи на мать! — поднялся со скамьи Матвей. Он сидел на больничной скамье в коридоре и думал о том, что делать.

— А ты, вообще, молчи! Я с тобой сейчас ни разговаривать, ни видеть не могу.

— Не кричи на сына, — завизжала Марина. — Мы приняли ее в наш дом, а она… она портит наши отношения!

— Что?! — Андрей не мог поверить в услышанное.

— То! Идем, сынок, отсюда, — потянула Марина сына за руку. Но Матвей не спешил. Он стоял намертво и не двигался. — Что с тобой?

— Я остаюсь. А вы можете идти, — подошел он к двери реанимации. На его плечах был белый халат, а на ногах синие бахилы.

— Ты хочешь остаться? — не могла поверить в это Марина.

— Да. А вы идите, — отмахнулся от них парень.

— И зачем тебе это, сын? — спросил его отец.

— Я должен быть здесь… с ней. Я виноват и я отвечу за это. Пока она не очнется, я буду рядом, — искренне ответил ему парень. Матвей чувствовал вину, заботу… и что-то еще, чего он не мог понять. Но вот только, когда Света стала оседать и падать ему на руки, то страх сковал тело парня, он хотел лишь одного, чтобы все это оказалось сном, а Света здоровой. Родители все же ушли. Марина уговорила мужа поехать отдохнуть на пару часов. Матвей остался в больнице. Он не отходил от палаты сестры как бы медсестры не выгоняли его. Он, с помощью отца, выбил себе разрешение остаться на ночь рядом с палатой и спать на скамейке. И теперь, его глаза смыкались, а рот неустанно зевал.

— Ты должна очнуться, Света. Иначе и не может быть! — засыпал Матвей.

Света брела по узкой тропе. Земля была высушенной и потрескавшейся. Солнце нещадно палило и не оставляло шанса для жизни. Кожа плавилась под обжигающими лучами и покрывалась красными пятнами, что стремились перерасти в огромные волдыри. Тропа была вырыта и по краям была насыпь из удушающего сухого песка. Сквозь него пытались пробиться растения, но их тут же нещадно испепеляло солнце. Они сгорали, едва появляясь на свет. Небо было окрашено в багровые тона, смешиваясь с охристыми вкраплениями. Ни единого облачка. Было пусто, но девушка упорно шла вперед. Света стремилась найти отсюда выход. Как и зачем она сюда попала, девушка не знала. Но ей было страшно.

— Ты здесь… — прошелестел голос в воздухе. Света остановилась и осмотрелась. Никого не было. Страх становился все ощутимее.

— Ты боишься и это правильно…

— Кто ты?! Где ты?! — закричала девушка. Ответа не последовало. Света ускорила свой шаг.

— Куда ты пытаешься убежать, Светлана? — насмешливый голос продолжал преследовать ее. — Ты в моих владениях, в моей власти… И никуда не сможешь деться! — Света перешла на бег, стараясь избавиться от этого голоса, что везде настигал ее. Тропа никак не оканчивалась. — Чем быстрее ты спешишь к выходу, тем быстрее ты окажешься в моих объятиях! — смех оглушил девушку. Она остановилась и зажала руками уши. По ее рукам, между пальцами, потекла кровь. Ее кровь. По щекам Светы потекли слезы. Она села на корточки, стараясь защититься от всего, что на нее навалилось.

— Боишься?

— Кто ты?

— Я тот, кто ждет тебя, Светлана.

— Зачем?

— Ты — чистая душа и светишь ярко-ярко…

— Я хочу уйти отсюда! — зажмурилась Света от ужаса. Перед ее глазами стали возникать картины, что не каждый мужчина выдержит. Из-под земли стали возникать бестелесные существа. В их глазницах отсутствовали глазные яблоки, а руки удлинялись за счет острых когтей-лезвий, которыми они яростно размахивали.

Земля начала сужаться, делая расстояние между монстрами и Светой минимальным. Пауки, змеи, скорпионы, мокрицы и иные твари сопровождали их к жертве. Света отступала назад, пока не услышала за своей спиной шипение: там бурлила жижа грязно-коричневого цвета и из нее постепенно появлялось нечто… непохожее ни на одно существо на свете. Света завизжала.

— Мне страшно! Прекрати все это!

— Хорошо. Это все может исчезнуть, только не останавливайся и иди вперед! — посоветовал ей голос.

— Правда?

— Да. Иди вперед, не останавливаясь!

— Я хочу выбраться отсюда!

— Выберешься, я обещаю. Только иди! Света побежала вперед, стараясь не думать о том, что по бокам ее стоят, протягивают свои руки и шипят чудовища — обитатели этого места. И все они, страсть как, мечтали о новой знакомой, желая ее разорвать на куски. Света бежала, что есть силы. Она не останавливалась.

— Стой! — дернуло ее резко назад. Света обернулась: ее руку крепко держал Дан. Он был сосредоточен и смотрел сквозь девушку. Его пальцы переплелись с пальцами Светы, кровь девушки окрасила его бледную кожу. Зрачки его расширились, губы были вытянуты в тонкую струну.

— Темный, ты здесь! — раздался вновь голос.

— Не трогай ее! Она — случайная жертва.

— Ничто в этом мире неслучайно и ты это знаешь как никто другой. Отпусти Светлану и дай ей закончить путь. Ты ведь хочешь выбраться отсюда, верно? — обратился он уже к Свете.

— Да. Пусти меня!

— Нет, не могу. Ты не понимаешь, — посмотрел на нее Дан. — Ты должна бороться с ним. Оставаться здесь как бы страшно это не было. Нельзя идти дальше, там лишь смерть и… ад, — нехотя пояснил ей Дан. Он был таким красивым: его стройное гибкое тело, что было облачено в черные брюки, майку и длинный плащ с развевающими полами, казалось божественным. Он больше не казался Свете болезненно худосочным. Дан был таким каким должен был быть. Его бледное лицо было искажено маской гнева и относился он к голосу. Света знала, что парень ничего ей не сделает.