– Оба дела между собой связаны… – медленно проговорил Филиппов. – Значит, ты прав, и это меняет дело.

– Сегодня я узнал, что к делу имеет отношение Пархатский. Информация поступила сразу из нескольких мест. Во всяком случае, его фонд финансировал Трифонова, а значит, бомбу сделали на его деньги.

– Постой, – Филиппов задумался. – Его же убили!

– Полгода назад. – Сергей вздохнул. – Первый труп по моему делу появился в июне, последний – в конце сентября, через полгода после его смерти.

– Значит, он ни при чем.

– Понимаешь, есть одна фотография… – Дуло не знал, как объяснить покороче. – Третья девушка сфотографировала себя в ванной, где лежал перстень Пархатского (это подтверждено), и выслала снимок подруге. Через пару часов ее убили, а на подругу было совершено нападение, и ее телефон исчез.

– Снимок был сделан в доме Глеба Пархатского?

– Не знаю. – Сергей Дуло взъерошил рукой волосы. – Все случилось через полгода после его смерти. Черт, я совсем запутался… Понимаешь, куда ни сунусь – везде Глеб Пархатский.

– Перстень мог перейти по наследству. Его могли похитить… – сказал Филиппов.

– То-то и оно… Там, в Москве, ребята устроили засаду на Трифонова – он единственный, чье имя известно и против кого есть свидетельские показания.

Немного подумав, Филиппов спросил:

– Сможешь подтвердить, что в пункт приема сдали вещи твоей жены, которые лежали в ее чемодане?

– Приемщица видела чемодан и наверняка его опознает. И не забывай, там была справка на имя Полины.

Филиппов положил перед Сергеем блокнот:

– Пиши адрес приемного пункта. Завтра я пошлю туда человека.

Сергей записал адрес и вдруг вспомнил:

– Продавцы из магазина, где Полина купила свой чемодан перед поездкой, подтвердят, что Вельветовый купил точно такой же. Кстати, через несколько минут после нее.

– Следил? – спросил Филиппов и сам же ответил: – Точно следил. – Он вздохнул. – Поскольку нам неизвестно настоящее имя попутчицы Милы, остается только Вельветовый, а значит, надо ехать в Москву.

Филиппов забрал блокнот.

– Значит, так. Езжай к себе… Ну, где ты там ночуешь. Успокой Полину. Завтра сделаю все, чтобы решить этот вопрос. Ближе к обеду я позвоню. Только никуда не уезжай.

Они расплатились и вышли на улицу.

– Спасибо, друг. – Сергей обнял Филиппова.

Через несколько минут они разъехались в противоположных направлениях.

Когда Сергей вернулся домой, Полина уже спала. Решив ее не будить, он, не раздеваясь, лег рядом. Растянувшись на одеяле, Сергей впервые за несколько дней почувствовал, что страх отступил. Теперь у них с Полиной появилась надежда, и завтра, как только она проснется, он сможет ее порадовать.

Незаметно для себя Сергей уснул.

Проснулся он от звонка. Сначала подумал, что телефон, потом понял: это дверной. Спустился на первый этаж, подошел к входной двери, посмотрел в глазок. На крыльце стояла хозяйка дома.

Сергей открыл. В тот же момент хозяйка бросилась на пол, а на него посыпались какие-то люди, и он почувствовал, что ему заломили руки. Где-то наверху закричала Полина, и это было последнее, что он услышал.

У монитора находились двое. Один – в форме лейтенанта и в наушниках – сидел за столом. Второй – полковник Беленков – стоял рядом, приложив наушник к уху. Оба не отрывали глаз от экрана и вслушивались в каждый звук, доносящийся из камеры изолятора временного содержания.

В камере были двое. Сергей Дуло лежал на кровати. В ногах у него сидела Полина Свирская.

Пару минут понаблюдав за ними, Беленков отложил наушник и приказал лейтенанту:

– Смотри за ними, а главное – слушай.

– Так точно, товарищ полковник.

Беленков снова посмотрел на экран.

– Запись идет?

– Так точно.

– Я скоро вернусь, потом доложишь…

– Так точно.

Виктор Семенович вышел из кабинета и нос к носу столкнулся с Филипповым.

– Где они? – не здороваясь, спросил тот.

– Интересуетесь судьбой друга? – уточнил Беленков и холодно произнес: – Они попали в хорошие руки. Не в пример вашим. Вы давно могли задержать эту криминальную парочку, но отчего-то не задержали. – Он прищурился. – Пренебрегаете служебным долгом?