– Эй, ты поосторожнее, - женщина тоже аккуратно встала и придержала ее за локоть.
– По-моему вам колют какую-то успокоительную дурь. Иначе бы люди здесь всё давно разнесли.

Стараясь не наступить на, лежащих на полу, людей, Винник подошла к окну. Пункт, эпидемиологической диагностики был размещен в высотном офисном здании. Судя по нагромождению складов и производственных помещений внизу, здание располагалось в промзоне. Винник заметила на некоторых зданиях наспех смонтированные сторожевые вышки и посты охраны, а в конце тех улиц, что просматривались из окна, за ограждениями из бетонных блоков и колец колючей проволоки были оборудованы блокпосты или пропускные пункты.

– Это и есть карантинный лагерь, милочка, - женщина подошла и стала рядом.
– Всё за колючей проволокой. Охрана. Пациенты находятся в зданиях. Им на улицу выходить запрещено. Вон там - медицинский блок. Там медики. Они тоже практически не выходят. Больные предоставлены сами себе, не хватает ни врачей, ни препаратов. Кто выживет, тот выживет. Хорошо, хоть еду подвозят и дрова для печек тоже. А вон в том блоке лежала я. Мне повезло, я выжила. У меня теперь что-то вроде иммунитета. Врачи даже кровь мою брали, чтобы разобраться, что к чему.

– Но ведь это гуманитарная катастрофа, - сдвинув маску, изумленно проговорила Винник.

– У нас вся страна теперь - сплошная гуманитарная катастрофа. Ты маску-то одень, а то охранники начнут нервничать.

– Должен же быть другой способ остановить эпидемию.

– Может он и есть. Но, похоже, они его не знают. С одной стороны я их понимаю. Если быстро не изолировать инфицированных, зараза накроет всю страну. А с другой...
– женщина сипло кашлянула.
– Я так думаю - это перст Божий. Наказание, посланное нам за грехи. Только грешники сидят в теплых кабинетах, а невинных жертв уже хоронить не хватает сил. Вон посмотри, - она показала рукой в сторону широкой парковочной площадки, где бугрились огромные продолговатые снежные отвалы, между которыми медленно ползал бульдозер.
– Это наш морг. Трупы складывают штабелями и засыпают снегом. Что они с ними будут делать весной, не знаю. Может напалмом сожгут вместе с карантинным лагерем. Может еще что...

По спине Винник противной дрожью пробежал мерзкий холодок.

– Этого не может быть, - прошептала она, но медсестра, ничего не ответив, развернулась и пошла к очередному застонавшему пациенту только, что отошедшему от действия парализатора.

– Послушайте, - спохватившись, крикнула ей вслед Винник.
– У меня была небольшая сумочка...

Женщина присела к очнувшемуся молодому парню на койку, достала из кармана пальто флакон, опустила его лицевую маску и поднесла к носу. Парень несколько раз судорожно всхлипнул и, широко открыв испуганные глаза, завертел головой.

– У меня была сумочка, - повторила Винник.

– Не беспокойся, милочка. Здесь пока не воруют. По крайней мере, у живых. Тебе вернут вещи после анализа.

– Спасибо - бросила Винник и повернулась к своей койке, но увидела, что на ней уже устроился грузный мужчина. Немного побродив с растерянным видом между обитателями пункта, она уселась на свободный кусочек матраса рядом с полусонной молодой женщиной, держащей на руках бледного посапывающего ребенка лет четырех.

Ее вызвали через полчаса. В тесном офисе, который раньше, видимо, принадлежал менеджеру среднего звена, находились двое в комбинезонах биозащиты: изможденного вида врач, сидевший за столом уставленным оборудованием для экспресс-анализа крови, и охранник с полицейской дубинкой и помповиком. Врач оторвался от планшета и, не говоря ни слова, показал рукой на стул.

– Когда меня усыпили, со мной была сумочка. Верните мне ее!
– не отходя от двери, выпалила Винник.

– После анализа, мэм.
– коротко бросил доктор.

– Нет! Я требую, чтобы мне вернули ее сейчас!
– она сорвалась на крик.

– Только давайте без истерик. Вернем мы вашу сумочку. Садитесь, мэм, а то мы будем вынуждены вас снова усыпить. И давайте руку. Это займет меньше минуты.

Она с обреченным видом села на стул и закасала левый рукав.

– У меня еще был персональный медицинский модуль, - не надеясь на ответ, пробормотала она.
– И сумочку... Прошу вас.

– Ладно. Только сидите тихо, - буркнул врач и обратился к охраннику: - Принеси пакет с вещами Сэнди Винник.

Когда охранник, коротко кивнув, вышел, врач взял шприцем кровь из вены разлил ее в крохотные пластиковые колбочки и, пристроив их в анализатор, нажал несколько клавиш. Прибор не издал ни звука, по-видимому, он просто не работал.

– Результаты будут через пять минут, - избегая ее взгляда, сказал он.
– Вы можете идти.

– Сумочка...
– умоляющим голосом пролепетала Винник, чувствуя, что последняя надежда вот-вот испариться.

– Хорошо. Сумочка...
– он со вздохом встал из-за стола, подошел к окну, открыл одну из секций, откинул капюшон с лицевой маской, достал пачку сигарет и закурил.
– Как я оказался в этом дерьме! Сам не пойму, - он резко обернулся к Винник.
– Думаете, мне все это нравится? Я спать не могу по ночам! Мне сняться горы трупов, похороненные под снегом. Я скоро психом стану! И не смотрите на меня так! Но, если мы не будем изолировать больных, пандемия накроет всю страну!

Он несколько раз остервенело затянулся и, сипло закашлявшись, выбросил окурок в окно. Вошел охранник с небольшим полиэтиленовым пакетом для мусора.