— Я уже надевала ваш подарок, — заметила Герлин. — Мне очень понравились браслеты, я от всего сердца благодарна вам и хотела надеть их на нашу встречу. Может быть…

Она протянула ему левую руку, а правой открыла шкатулку для драгоценностей.

— Может быть, вы хотели бы помочь мне надеть их?

Лицо Дитриха просияло, но его улыбка была немного обеспокоенной. Он чуть не отдернул руку, когда осторожно продевал ее руки в золотые кольца.

— У вас такие нежные руки… я даже боюсь до вас дотрагиваться, — тихо произнес он.

Герлин от души рассмеялась.

— Вы прекрасно владеете искусством лести, мой суженый, однако не стоит так уж откровенно лицемерить. Мои руки огрубели от поводьев и тяжелой работы по хозяйству. Конечно, не настолько огрубели, как у служанки, но они и не так нежны, как у принцессы. Так что можете спокойно взять меня за руку, я не рассыплюсь.

Дитрих опустил глаза.

— Я не хочу сделать что-то неправильно, — сказал он. — Я и так постоянно делаю ошибки. — Юноша закусил губу.

Герлин взяла его за руку.

— До этого момента вы вели себя очень вежливо и были так трогательны! — заверила она его.

Дитрих снова просиял, похвала сделала его счастливым ребенком.

— Спасибо, сударыня! Видите, я стараюсь вести себя в соответствии с рыцарскими добродетелями, а господин Флорис, помимо всего прочего, обучает нас служению даме. Однако… здесь не так уж много женщин…

Герлин снова рассмеялась, радость переполняла ее. Будущий супруг был таким застенчивым и усердным! Это ее умиляло.

— Нам придется это изменить, господин Дитрих, когда мы вместе будем управлять этими владениями. Не будете ли вы против, если я возьму девочек на воспитание? Возможно, не сразу, но…

— Но когда я повзрослею! — Дитрих, посерьезнев, кивнул. — Я был бы рад, если бы у нас появился «двор любви». И вам не стоит ни о чем беспокоиться, моя будущая супруга! Ни одна ни юная, ни старшая женщина не сможет превзойти вас в красоте. Если мне удастся завоевать вашу любовь… Я подарю вам созвездие с небес! Вы ведь родились под знаком Весов, не так ли? Значит, я должен стараться во всем придерживаться равновесия и справедливости, чтобы ваша звезда ярко сияла. Однако расскажите мне о себе, фройляйн Герлин! Чем вам нравится заниматься, как вы проводите свое время? Играете ли вы в шахматы?

Герлин очаровал этот юноша. В нем уживались рыцарь, льстящий своей даме по всем правилам куртуазности, и ребенок, который с большим удовольствием завлек бы новую подругу в игру.

— Я играю в шахматы и с удовольствием когда-нибудь померяюсь с вами силами в этой игре, — пообещала она ему. — Хотя о вас говорят как о настоящем мастере игры королей, и я наверняка не смогу с вами сравниться в этом умении. Однако сейчас вам нужно идти, мой рыцарь. Конечно же, у вас есть важные дела и вас ожидают. И передайте моему брату, чтобы он хранил молчание!

Дитрих кивнул.

— Сейчас я должен отрабатывать приемы сражения на копьях, — это прозвучало не слишком воодушевленно. — Однако в этот раз я буду стараться из всех сил, помня, что вы можете наблюдать за мной с балкона!

Герлин поспешно достала шелковый платок из небольшой дорожной сумки.

— Тогда идите в бой под моим знаком, господин рыцарь, но пока не показывайте его всем. Я думаю, что сегодня нас официально представят друг другу. До тех пор нам следует хранить нашу тайну.

— Как настоящие влюбленные, не так ли? — уточнил Дитрих с сияющими глазами.

— Как истинные влюбленные, — заверила его Герлин.

Как оказалось, Рюдигер поджидал Дитриха в коридоре, а может, «стоял на карауле». Герлин воспользовалась возможностью еще раз побранить его. Дитрих отправился к конюшне, а она затащила брата в свою комнату.

— Что ты себе позволяешь — выставить юношу в таком свете! — Герлин возмущенно посмотрела на брата.

Рюдигер покачал головой, при этом вид у него был немного оскорбленный.

— Я не хотел причинить ему вреда, клянусь! Наоборот, я… я хотел немного развеселить его. Потому что вчера у него день не задался. Он такой дружелюбный! Вечером он еще раз поприветствовал меня и со всеми познакомил, хотя ему было несладко. А сегодня этот Теобальд подтрунивал над ним все утро — он такой неприятный тип! Господин Флорис был прав, когда бранил его! Но он из очень знатного рода.

— А почему же он подтрунивал над господином Дитрихом? — спросила Герлин, которую больше интересовал ее будущий супруг, чем происхождение нахального «господина Теобальда». «Я постоянно делаю ошибки…» — у нее в ушах все еще звучало грустное замечание Дитриха.