Сборная СССР восстановила свою олимпийскую репутацию.

К серебряной медали Лейк-Плэсида Макаров добавил золотую Сараево.

Теперь он, как и Валерий Харламов, как и все нынешние его партнеры, стал олимпийским чемпионом.

У девятнадцати хоккеистов сборной СССР эта золотая олимпийская медаль была первой.

У двадцатого – третьей.

Владислав Третьяк, вслед за Виталием Давыдовым, Виктором Кузькиным, Александром Рагулиным и Анатолием Фирсовым, стал трехкратным олимпийским чемпионом.

Но Игры в Сараево стали последним турниром высшего ранга в жизни великого вратаря.

Правда, Владислав выступил еще в Кубке Швеции. Но это все-таки соревнование не самого высокого уровня.

Здесь-то и начались неудачи.

Одна за другой.

Сначала проиграли Кубок Швеции – турнир этот проходил в апреле 1984 года. В решающей схватке уступили команде Чехословакии – 2:7. Счет этот смущал даже самых стойких оптимистов, убежденных, что нашей команде по силам решительно все.

Затем потерпели неудачу в розыгрыше Кубка Канады – осенью 1984 года он проводился в третий раз.

Сергей убежден: искать оправдание поражению в каких-то привходящих обстоятельствах – затея зряшная. Но, вспоминая на одной из встреч с болельщиками Кубок Канады, он все же доказывал:

– Несомненно, все решает игра. Но ведь важно и то, кто сегодня играет в команде, выставлены ли на матч все сильнейшие. Согласитесь, обидно, что порой возникает совершенно неожиданная ситуация, при которой состав команды определяют не тренеры, а нелепые случайности. Так у нас и случилось. Сошел Третьяк, но это мы учитывали при подготовке к Кубку Канады. Однако нам пришлось отправиться в путь и без других своих лидеров – заболевших Вячеслава Фетисова и лучшего нападающего предыдущего (1983/84 г.) сезона Николая Дроздецкого. Разве можно не считаться с такими ударами судьбы? Но я, повторяю, вовсе не оправдываю ни себя, ни команду – мы, и только мы, виноваты в неудаче…

Странное, однако, и парадоксальное явление – мировой спорт. Точнее, репутация той или иной команды, расстановка сил в Игре, шансы соперников на успех. Десятка два лет назад в Канаде или США только бы рассмеялись, если бы услышали, что какой-то игрок из Советского Союза огорчается из-за поражения своей команды в поединке с сильнейшими профессиональными хоккеистами родины хоккея. А теперь вот… Впрочем, Макаров не был исключением – огорчилась вся команда.

В турнире, где играли шесть ведущих национальных команд, включивших в свои составы и профессионалов, а этой возможностью воспользовались не только североамериканские команды, но и скандинавы, сборная СССР взяла верх во всех пяти поединках. В том числе и во встрече с канадцами – 6:3. Газета «Эдмонтон джорнэл» писала после этой игры: «Русские показали великолепную игру без вратаря № 1 Владислава Третьяка, лучшего защитника Вячеслава Фетисова и центрального нападающего Игоря Ларионова, не восстановившегося к последней игре после травмы».

С канадцами же жребий свел наших мастеров и в полуфинале.

Три периода полуфинальной схватки завершились вничью. И вот тут-то вступили в силу правила, согласно которым матч должен быть продолжен – до победы одной из команд. К этому, не ограниченному рамками 60 минут матчу привыкли, приучены сызмальства канадцы, а вот для всех, без исключения, наших хоккеистов, это первый случай в их практике. Играть четвертый период было не просто непривычно, но невероятно трудно: до этого дня каждый хоккеист сборной СССР стремился в любом матче, в детских и юношеских командах, в клубах высшей лиги играть так, чтобы отдать матчу за 60 минут все, без малейшего остатка, свои силы.

И в этот день играли как всегда.

Не щадя себя, не экономя сил. И выложились полностью.

Но матч, оказывается, не закончен. Ничьей в полуфинале быть не может. И они снова выходят на лед.

Начинается – впервые в их жизни – шестьдесят первая минута игры.

Времени на то, чтобы отыграть пропущенный гол, условиями соревнований не дается. Пропущенный гол – сигнал к окончанию матча.

Сборная СССР в финал не попала.

Ну, а что герой нашего повествования, как сыграл он?

Виктор Тихонов писал, что первая тройка во всех шести встречах свои микроматчи выиграла. Макаров, Ларионов и Крутов набрали 12 очков из 12 возможных, они забросили одиннадцать шайб, а пропустили всего две.

Оргкомитет Кубка Канады определил символическую сборную турнира. В шестерку «Олл старз» вошли вратарь Мышкин, защитники Коффи из сборной Канады и Ленгвей из команды США, нападающие Макаров и два канадца – Гретцки и Тоннели.

Макарова хвалили не просто дружно. Что называется, взахлеб. Но утешения в этих похвалах Сергей не находил: турнир-то выиграть его команде не удалось.

Однако череда неудач на этом не закончилась.

Проиграли и на самых главных соревнованиях сезона – на пражском чемпионате мира, проходившем в апреле-мае 1985 года. Упустили там не только золотые медали. Остались – впервые после весны 1977 года – и без серебряных.

Как проходил тот турнир, почему проиграла наша команда, могла ли она сравнять счет во встрече с хозяевами льда – обо всем этом мы вспоминали. Осталось напомнить лишь о том, что директорат чемпионата лучшими назвал вратаря ИржиКралика, защитника Вячеслава Фетисова и нападающего Сергея Макарова. Включили Сергея в свою символическую сборную и журналисты. Кроме того, Макаров получил и приз самого результативного игрока чемпионата мира 1985 года.