Шрифт:
– Многие дни памятны по-своему, и далеко не все радостные моменты непременно связаны со спортом. Как, впрочем, и неудачи. Поражения бывают не только на спортивной площадке. Проиграть можно, не страшно, важно только сделать верные выводы из собственных просчетов и ошибок. Без поражений не бывает побед. Если не испытал огорчения, то и радость не вкусишь полной мерой…
– Согласны, что вы лучший хоккеист мира?
– Нет, не согласен. В командных видах спорта, в командной игре трудно выделить одного спортсмена. В хоккее, в футболе «один в поле не воин». Выигрывает (и проигрывает!) команда. Коллектив.
– Как вы относитесь к журналистам?
– Как и к людям любой другой профессии – с уважением. Журналисты многое могут сделать и для роста популярности спорта, хоккея в частности, и для вовлечения детей, подростков, молодежи в регулярные занятия физической культурой. Со многими московскими репортерами, да и с зарубежными журналистами я знаком, внимательно читаю то, что пишут они. Иногда нет времени на то, чтобы обстоятельно ответить на все вопросы журналиста, иногда настроение в силу каких-то причин такое, что и разговаривать ни с кем не хочется, но я понимаю, что журналист, обращающийся ко мне с расспросами, на работе, и потому, по мере сил и возможности, стараюсь помочь ему.
«ЗВЕЗДНАЯ ПЯТЕРКА»
Неизбежные повторы
«С ним не соскучишься…»
По-моему, лестная для любого человека характеристика. Хотя, конечно, бывает и иначе – когда в отзыве этом легко различима ирония.
С Макаровым не соскучишься… Особенно в деле, в игре. И потому едва ли не в каждом матче случаются ситуации, когда его соперники попадают впросак: перехитрил, в очередной раз перехитрил их неуловимый и загадочный нападающий.
Сергей в игре не склонен к повторам, к наигранным «штампам». Хоккей для него всегда нов и неизведан. Неисчерпаем на варианты и ситуации.
И тем не менее есть во взаимоотношениях Макарова с хоккеем и устойчивые, повторяющиеся связи. Они прежде всего в видимых, лежащих на поверхности закономерностях.
Вот почему, как бы ни старался автор, некоторые повторы в рассказе о спортивной судьбе героя просто неизбежны.
Каждый сезон завершается для него почти одинаково.
Сборная СССР выигрывает чемпионат мира – при Макарове проигран всего один. Ни разу с тех пор, как попал Сергей в ЦСКА, не уступили армейцы соперникам чемпионскую корону. В одном сезоне им приходилось добывать победу в нервном противоборстве с тем или иным конкурентом в борьбе за золотые медали, ощущая дыхание преследователей и на финише. В другом они уходили от соперников в такой отрыв, что продолжение турнира – с точки зрения определения его победителя – еще на исходе зимы теряло всякий смысл. Однако главное оставалось неизменным – вместе с командой Сергей получал очередную золотую медаль чемпиона СССР.
А вместе с ней и привычную уже коллекцию призов.
В 1984 году была, правда, одна новинка– Макаров первым получил приз «Рыцарю атаки», присуждаемый с тех пор ежегодно редакцией журнала «Советский воин» хоккеисту, который наибольшее число раз забросит в одном матче три или более шайб. В том сезоне Макарову удалось четыре «хет-трика».
А в остальном в тот, 1984 год…
Опять все, как обычно. Знакомая ситуация раздачи наград. Приз газеты «Известия» – 73 очка (36 голов плюс 37 пасов). Второй в этом списке – Володя Крутов, четвертый – еще один партнер по звену – Вячеслав Фетисов.
Вполне, видимо, понятно, что и приз «Труда» – «Три бомбардира» завоевали Сергей и его соратники по тройке Игорь Ларионов и Владимир Крутов.
И опять, как обычно, армейцы получают приз имени Боброва, учрежденный Гостелерадио СССР для команды, забившей больше всего голов: Сергей своими 36 шайбами внес заметный вклад в достижение чемпиона. Важную роль играют голы, напомню, и при выявлении обладателя награды журнала «Огонек» – «Приз справедливой игры». И он снова достался хоккеистам ЦСКА, Не отличалась оригинальностью – с точки зрения распределения призов – и концовка следующего сезона: весной 1985 года Макаров опять был в числе самых удачливых лауреатов хоккейного года, но об этом – позже, а сейчас – о самом главном достижении 1984 года.
О победе в олимпийском Сараево.
Спустя четыре года
Не раз читал, как режиссер напоминает актеру, что жизнь его героя не ограничивается теми тремя днями, в течение которых разворачивается действие пьесы. Время, прожитое героем на глазах зрителей, всего лишь эпизод, малая часть его жизни. Три дня из, скажем, пятнадцати тысяч, выстроившихся чередой за его плечами. И если стремится актер постичь глубины характера героя, если старается создать он истинно полнокровный образ, ему необходимо представить себе все прошлое героя, угадать круг его общения, понять, как и что формировало его характер.
Большой спорт, хоккей в частности, нередко сравнивают с театром.
Параллель рискованная, однако не лишенная определенных оснований.
И если возможны такие сопоставления, то, вероятно, и к спортивному действу, разворачивающемуся перед нами, имеет смысл подходить со сходных позиций.
Олимпийский турнир не явился вдруг, нежданно. Напротив, его ждали, к нему готовились. Он был продолжением предыдущего четырехлетия. И его завершением. И началом нового олимпийского цикла.
Готовились долго. Несколько сезонов.