Видимо хозяин действительно знал Гуляма или решительный вид Ганса убедил его в этом, но он повернулся к водителю и что-то сказал ему. Тот кивнул головой и побежал к последней машине. Пока «Форд» разворачивался, Талгат стоял около хозяина.

— А ты не помнишь меня? — внезапно спросил он, слегка повернув голову в его сторону. — Я, Хасан…. сосед Гуляма.

Тот повернулся к Талгату, прищуренным взглядом долго всматривался в его лицо, и только потом на его лице появилось удивление, сменившееся улыбкой. Он обоими руками обхватил ладони Талгата, и тот почувствовал их мелкую дрожь. «Не знает он никакого Гуляма, а тем более меня…. боится», — улыбнулся про себя Талгат.

Они затащили Джея в кузов, чтобы он мог лежать и все четверо стали располагаться там. Когда уже всё было уложено и «Форд», набирая скорость, тронулся в обратный путь, Халед наклонился к Талгату и сказал:

— Я видел вашего человека на заводе. Его приводил господин Хамади.

— Какого человека?

— Его, кажется, звали Хейс… Они были вместе в кабинете Хамади, там…. — Халед замялся, не зная, как теперь называть то место, где он был некоторое время назад, — на заводе.

Талгат повернулся к Гансу.

— Слышь, Ганс! Он видел Хейса, там, на заводе.

— Когда это было? — Ганс подвинулся поближе.

— Я не помню…. но это было давно.

Ганс посмотрел на Джея. Тот лежал с закрытыми глазами.

— А Джей знает об этом?

Талгат пожал плечами.

— Вряд ли. Он ведь только что сказал об этом.

— Как ты думаешь, что они могли сделать с ним?

— Самое лёгкое, это расстрелять его, — Талгат посмотрел на Халеда. Тот съёжился под его взглядом и стал отползать к борту. Талгат улыбнулся. — Не бойся! Ты тут ни при чём… Где он может быть?

— Я не знаю… Тогда в лагере был Абдур и, наверное, он взял его с собой.

— Это тот самый Абдур, о котором ты говорил раньше?

— Да.

— Он сейчас был на заводе?

— Нет. Он бывает только тогда, когда нет господина Хамади. Он постоянно у себя в лагере.

— А что это за лагерь? Я уже спрашивал тебя… Где он?

— Где-то недалеко. Люди для охраны приезжают оттуда.

— Интересно!.. Неужели Хейс всё ещё там?… Боюсь, что после сегодняшней перестрелки ему там придётся трудно…. если он там, конечно… Надо как-то об этом сообщить американцам в Кандагаре. Не может быть, чтобы целый лагерь существовал так скрытно.

— А разве завод не подтверждение тому? — Ганс посмотрел на Талгата и повёл рукой вокруг себя. — В этих горах можно спрятать дивизию и не найдёшь… Это не пригорки в центре Европы.

— Может ты и прав.

Джей застонал и открыл глаза.

— Лежи! Лежи! — Талгат поправил подстилку под его головой. — Всё в порядке. Мы едем в Кандагар.

Еле заметная улыбка скользнула по лицу Джея. Он сжал ладонь в кулак и отогнул большой палец. Все заулыбались.

Солнце уже давно проникло лучами в ущелья, похоронив границы тьмы и света в их глубинах, а четвёрка уставших, израненных, но довольных своей судьбой, людей всё также валялась в кузове, неотрывно всматриваясь в развёрзнутую над ними голубую бездну, изредка перекидываясь короткими фразами и обмениваясь смешками. Но, в конце концов, дорога укачала и их и они один за другим заснули под монотонный гул мотора.

В кабинет стремительно вошёл его заместитель. Франк приподнял голову и удивлённо посмотрел на вошедшего. Здесь не было принято входить без разрешения. На такое поведение нужны были веские основания.

— Вальтер! Только что получено сообщение из Лондона. Группа Херена перемещается на запад, в сторону Кандагара.

— Вся группа?

— Англичане говорят — вся.

Вальтер шумно выдохнул.

— Уф-ф! Это уже хорошо! Главное, что живы… Что ещё?

— То, что живы, возможно, но самостоятельно ли они перемещаются, это вопрос.

— Будем надеяться, что это так… По крайне мере, ни один из маяков не замолчал.

— Есть ещё несколько сообщений, но уже по внутренним делам… Директор «Аузера» с семьёй находится сейчас в аэропорту. Через три часа рейс на Бейрут.

— Значит всё-таки улетают… Причину отлёта мы так и не выяснили… Как семьянин, ты смог бы чем-то мотивировать такой отъезд? Неплохой бизнес, дети при деле… Непонятно.

— Есть предположение, что семье что-то угрожает… Его жену часто видели в слезах, да и сам он в последнее время выглядел далеко не в лучшем виде… Прослушка абсолютно ничего не дала. Вопрос отъезда в семье даже не обсуждался. Этому, конечно, есть объяснение….всё-таки, восточная семья. А там не принято идти против воли мужа и отца… Мы первоначально предполагали, что дело в бизнесе, но там у него всё в порядке… Скорее всего дело в приезжих.

— Вы проверили хлопок в Штутгарте?

— Да… и есть один интересный момент. Несколько тюков оказались вскрытыми и разделёнными пополам. Там нам сказали, что такими они были получены из Мюнхена.