Среди сказок, семантическим ядром которых являются испытания молодых людей, самый популярный сюжет — «Королевна на стеклянной горе» (К 3.1.0.13. / АТ 530, записано 330 вариантов). Обилием вариантов отличаются и другие конкретные сюжеты, принадлежащие к структурно-семантическому типу К 3.1.0.13. Герой пользуется особой способностью или средством (всего 1078 вариантов). От многих рассказчиков записаны варианты сюжета «Девушка и медведь» (К 3.1.0.2. / АТ 480, см. № 103) и другие сюжеты, принадлежащие к структурно-семантическому типу К 3.1.0.2. Герой усложняет задачу антипода (477 вариантов).

В одних сюжетах волшебных сказок используются только ЭС об испытаниях (несколько ЭС суммируются и все одинаково важны в структурах, т. е. все они являются главными), а в других сюжетах чередуются ЭС об отношениях с «чужими» и об испытаниях.

Более точное выделение типов сказок и группировка вариантов в версии позволяет проследить за развитием 54 конкретных сюжетов от простых структур к сложным. Некоторые структурно-семантические типы (например, К 1.1.1.15.) представлены всеми теоретически возможными версиями. Удалось раскрыть давние соединения сказок и пути формирования некоторых сложных сюжетов. Соответствующие примеры представлены в этом сборнике.

Имеются случаи, когда слишком сложные структуры распадаются. Вновь возникшие простые структуры опознаются только на основе текстологических исследований.

Мы надеемся, что читатели сборника убедятся, что сказки всех народов всегда были средством сохранения и передачи опыта, живыми спутниками меняющегося общества. Только сравнительно недавно они не выдержали конкуренции с информацией, накапливаемой и распространяемой при помощи письма и технических средств.

Сказкам необходимо помочь памятью, пристальным вниманием. За это они подарят читателям веками испытанную мудрость и надежду.

Бабушка в лесу собирала грибы. К ней подошел волк и говорит:

— Бабушка, я тебя зарежу.

Бабушка ответила:

— Не режь, волчок: мои кости жесткие — не разгрызешь. Лучше приходи ко мне домой, я тебе дам крепеньких.

Волк и отошел. Когда бабушка шла домой, волк догнал ее и говорит:

— Бабушка, бабушка, я тебя зарежу.

Бабушка говорит:

— Не режь, волчок: мое мясо старое, невкусное. Лучше приходи ко мне, я тебе дам тепленьких.

Волк и отошел. Когда бабушка подходила к дому, волк опять догнал ее и говорит:

— Бабушка, бабушка, все равно я тебя зарежу.

Бабушка ответила:

— Не режь меня, волчок: я старая, невкусная. Лучше потом приходи ко мне, волчок, я тебе дам мяконьких.

Волк опять убежал.

Бабушка вернулась домой, прибрала избушку, закрыла окна, заколотила досками, чтобы волк не вошел. Волк пришел и говорит:

— Бабушка, бабушка, дай мне крепеньких!

Бабушка говорит:

— Я не обещала тебе никаких крепеньких. Я говорила, что моя избушка крепко закрыта, ты не войдешь.

Волк опять говорит:

— Бабушка, бабушка, дай тепленьких!

Бабушка ответила:

— Я же говорила тебе, что моя избушка тепленькая.

Волк опять говорит:

— Бабушка, бабушка, дай мяконьких!

— Я же говорила тебе, что моя постель мяконькая.

Тогда волк вырыл в мусоре яму и весь залез в нее, оставил только кончик хвоста.

Бабушка вышла и говорит:

— Ай-ай! Моя шерстка выметена!

Она потянула волка за хвост. Волк как выскочил из ямы на бабушку и ее проглотил.

Лиса подошла к дереву и стоит: на дереве мясо подвешено. Волк прибежал и спросил:

— Кумушка, чего ты стоишь, смотришь на мясо? Почему не лезешь к мясу?

— Ведь мне середа [постный день].

Волк:

— Мне не середа.

Волк полез, чтобы стащить мясо; сам в петле повис, а мясо упало.

Лиса схватила мясо и понесла подальше. Волк, подвешенный, спрашивает:

— Кумушка, куда спешишь, куда спешишь — ведь середа! Кумушка ответила: