– Помоги, у меня там брат.

Тот кивнул и спрыгнул вниз. Некоторое время я помогал вытаскивать посторонних мне людей. К тому времени на улице появилась и скорая, и милиция, и все прочие службы, которые приезжают при таких происшествиях.

Наконец-то мы вытащили Игоря и положили его на асфальт. Держись, держись, провидец, ты мне очень нужен. Тут же подбежали санитары и уложили его на носилки.

– Пульс слабый, обильное кровотечение. Капельницу. Обезболивающие. В реанимацию его. В 21-ую, - затараторил один из врачей.

Куда? Какая, к черту, ваша реанимация, да вы в медицине как слепые котята. Мне бы дотащить Игоря до телепорта, а там Рейчел.

– Его нельзя в больницу, - хромая, догнал я врача.

Тот обернулся и посмотрел на меня оценивающе:

– А вы что тут стоите? На каталку его, и тоже в 21-ую, - быстро сообщил он.

Ко мне подошли санитары.

– Я отказываюсь от госпитализации.

У врача брови на лоб полезли.

– Вы что, рехнулись?! У вас травма головы, множественные ранения конечностей. Я вообще удивляюсь, как вы на ногах стоите, - голос его дрожал от негодования.

– Я отказываюсь от госпитализации, - еще раз повторил я, добавляя ментального давления.

– Хорошо. Подпишите отказ, вон там, - врач немного недовольно махнул рукой куда-то налево. И крикнул своим: - Все, поехали.

Я дождался, пока Игоря загрузят в машину. Потом все врачи побежали к очередному пациенту. Я подошел к водителю и просто 'взломал' ему мозг.

– Выйди из машины и стой здесь десять минут. Потом очнешься, - скомандовал я ему.

Тот послушно вышел. Его ждет очень сильная головная боль, когда он придет в себя. Моя голова, конечно, тоже была не в восторге. Я сел за руль и под общую шумиху уехал, конечно же, не в больницу. До телепорта я добрался через три минуты.

Пошатываясь, вышел из машины. Голова начинала кружиться. Все-таки тело очень хрупкая штука, даже у имперцев.

Я тряхнул головой. Не смей терять сознание. Осталось совсем чуть-чуть. Отстегнул Игоря от каталки и взвалил на плечи. Когда начал спускаться из машины, у меня перед глазами все поплыло, и я упал... Лицом вниз. Хруст, вспышка боли, темнота...

Пришел в себя почти сразу. Хорошо, что здесь народу вообще не было. Все ушли туда, где взрыв...

Я аккуратно встал и пошел к телефонной будке, которая являлась телепортом. Попал я в нее с третьего раза.

Игорь был едва жив. Пульса на запястье я не чувствовал, только на шее, и то очень слабый.

Я набрал код и мы телепортировались...

Д-46.

2073 год от создания Империи.

Мы вывалились прямо к Рейчел.

– О, боги!
– вырвалось у нее.

– Спасибо за комплимент, - смог съязвить я, а потом все-таки отключился.

***

Очнулся я очень нескоро. Больничный блок, лежу на кровати. По ощущениям ничего не болит.

Раздался писк ЛК. Я с трудом поднял руку, чтобы ответить. Это была Сэлл.

– Очнулся?
– улыбаясь, спросила она.

– Да. А ты как? У тебя вымученная улыбка.

– Я?.. Нормально. Через неделю первая операция. Странный у тебя друг...

– В смысле?
– настороженно спросил я, инстинктивно ожидая подвоха.

– Не бойся, он мне пока ничего плохого не сделал. Просто смотрит на меня, как на очень интересный объект для изучения. Я не привыкла.

– Это нормально. Поверь мне.

– Ладно, - она улыбнулась.
– Не вляпывайся больше в такие истории. Я за тебя очень переживала.

– Постараюсь. Можно я тебе позвоню вечером?

– Конечно. Давай, пока, - она улыбнулась так нежно, что я не выдержал и улыбнулся в ответ.

– Пока.

Сэлл отключила связь. Я мысленно вызвал Рейчел. Зам. Игоря пришла через несколько минут.

– С пробуждением.

Я тут же задал интересующий меня вопрос:

– Как Игорь?

– Кто?
– удивленно спросила она.
– Ах, этот человек-фарш, которого вы принесли?

– Почему человек-фарш?
– теперь удивился я.

– А вы его не успели рассмотреть?
– в ее голосе звучало неприкрытое ехидство.

Я молча и многозначительно посмотрел на нее. Рейчел прекратила улыбаться.

– Хорошо, уже перестала. Простите, сэр, но я поражаюсь вашей способности калечить всех рядом находящихся, хоть в физическом, хоть в моральном плане. Так вот, этому парню досталось явно больше, чем вам. Трещина в черепе, перелом правой руки в двух местах, смещение позвонков... синяки, ссадины и прочие мелочи я перечислять не буду, - она снова улыбнулась, - многочисленные осколочные ранения, а самое главное, через все его лицо наискось проходит огромный шрам. Слева направо. Так что судите сами, он и впрямь человек-фарш. Мы его залатали, и сейчас он даже в сознании. Перелом зарастет через две недели, трещина в черепе где-то через столько же. Ссадины и прочие мелочи заживим за неделю. А вот с лицом хуже. Останется огромный и уродливый шрам, - она пожала плечами, - у нас нет аппаратуры, которая сводит шрамы. Она есть только у Имперцев, либо на А5, либо на А4. Но лично я считаю, что посылать туда моего пациента - это верх безрассудства. Он слишком ценен и неопытен, чтобы отдавать его в руки врагов.