— Я пришла сюда кое с кем, — говорю осторожно.

— Только потому, что ты пришла сюда с кем-то, не означает, что ты уйдешь с ним, — говорит он, снова усмехаясь и демонстрируя свои потерянные зубы. Мне стало интересно, как он их потерял.

Женщина, которая потеряла сознание несколько минут назад, застонала, пока поднимала голову со стола. Я обдумываю идею сесть и предложить ей свое пиво, как предлог, чтобы задать ей вопросы. Но мужчина рядом со мной облизывает губы; он дышит, как будто задыхается. Поэтому я направляюсь к двери, сжимая ключи Джеса так сильно, что это больно. Я, может, хочу еще задать вопросы, но мне нужно уйти от этого подонка как можно дальше.

Вскоре я пробегаю через все это, кидая пиво на пол и запрыгиваю на водительское сиденье грузовика Джеса, проверяю, чтобы убедиться, что двери заперты и окна закрыты. Наконец, находясь в безопасности, я выдыхаю, сильный вкус сигаретного дыма во рту. Стук в окно со стороны пассажирского окна пугает меня и я подпрыгиваю. Не знаю, почему я думала, что он не пойдет за мной на парковку.

— Открывай, — говорит он тихо. — Я не укушу.

Качаю головой. Он снова стучит, так сильно все это время, что весь грузовик трясется. Уверенна, он мог бы оторвать дверь голыми руками. Лезу в сумку. Но затем вспоминаю, что я никого не могу позвать на помощь. Мой телефон у Джеса. Руки дрожат так сильно, что я даже не могу вставить ключ в замок зажигания.

Черт. Черт. Я давлю на сигнал, слегка коснувшись его. Звука хватило, чтобы парень опустил руку. Он усмехается и приседает в двух шагах. Когда он встает, он держит камень, поднимая руку за собой, как будто набирает оборот для броска. Сердцебиение учащается после того, как он выпускает камень, боковое зеркало заднего вида с пассажирской стороны разлетается на тысячу кусочков.

Теперь я опираюсь на гудок, будто моя жизнь зависит от этого. Возможно, так и есть.

Джес выбегает из бара, набросившись прямо на парня. Они падают на землю; я не вижу их со своего места. Вместо этого, я просто смотрю на грязь, взлетающую в воздух снизу. Вдруг, Джес вскакивает и бежит в сторону водительского сиденья. Я отпираю его дверь.

— Шевелись, Венди! — выкрикнул он. — Шевелись!

Я киваю, перебираясь на пассажирское сиденье и вручаю Джесу ключи. Он сует их в замок зажигания, и мы вырываемся с места так быстро, что у меня не было даже шанса оглянуться назад, чтобы посмотреть, в каком состоянии Джес оставил того мужчину лежащего на земле.

— Ты в порядке? — спрашивает Джес.

Открываю рот, чтобы сказать да, но не могу выговорить ни слова. Поднимаю руки к лицу, с удивлением обнаружив слезы, струящиеся по щекам. Я смахиваю их, и делаю глубокий вдох, но не могу глубоко вдохнуть, потому что не могу прекратить дрожать.

— Венди, — говорит Джес, его голос такой глубокий, что он прорывается сквозь мою дрожь. — Венди, посмотри на меня. — Он отводит глаза от дороги, достаточно на долго, чтобы посмотреть мне в глаза. — Ты в порядке. Он не навредил тебе. Я бы никогда не позволил ему это сделать.

Он немного спускает газ; теперь мы вернулись на шоссе, и он замедляется, пока не достигает предельной скорости.

— Я бы никогда не позволил ему это сделать.

Киваю. Я верю ему.

Глава 27

— Ну, ты был прав, — говорю я, после нескольких миль поездки в тишине. Мой пульс пришул в норму, почти в нормальный ритм, а с помощью ткани моего кошелька, я вытерла все слезы. — Веселый Роджер — плохое место.

Джес смеется.

— Я же говорил, — говорит он и я улыбаюсь. — Эй, — мягко говорит он. — У меня есть новости. Там был парень, который признал Майкла и Джона.

— Правда? — спрашиваю я, сердцебиение снова учащается. — Боже мой, мы должны вернуться?

— Вернуться туда? — смеется Джес. — Твой друг, вероятно, все еще ждет нас на парковке. Если он пришел в сознание.

— Но, если кто-то там знал Джона и Майкла...

Джес качает головой.

— Этот парень делил комнату в отеле вместе с твоими братьями несколько месяцев назад — три или четыре.

— После того, как Пит выгнал их, — говорю я, сделав вывод.

— Не будь так жестока к Питу, — говорит Джес. — Я был причиной, по которой он их выгнал.

Я смотрю на него, шокированная тем, что он берет вину на себя. Тогда замечаю, что правая рука Джеса вся в крови над рулем.

— Твоя рука!

Джес пожимает плечами.

— Там на земле было стекло.

Было ли это стекло от разбитого зеркала или просто от дюжины разбитых бутылок от пива, которые валялись по всей парковки Веселого Роджера, я не знаю.

— Нам нужно ее промыть.

— Поверь, — говорит Джес. — Было и похуже.

Я не хочу представлять, что это значит. Я вижу признаки, чтобы оказать помощь и говорю:

— Останови там.

Джес продолжает вести машину вперед.

— Сейчас! — говорю я твердо и, на этот раз, к моему удивлению, он слушает. Туман сгущается, пока мы сворачиваем вдоль выезда.