Акарат потащился по песчаному склону, ведущему к колоннам, но Каин схватил его за руку. Паладин дрожал от нетерпения и распирающей его энергии. Его интуиция молчала. Но Каин четко чувствовал опасность, будто еле заметный кислый запах, доносимый ветром.

Акарат в запале обнажил меч, готовый броситься вниз по склону, что бы там его ни поджидало.

— Надо торопиться, — сказал он. — Я буду оборонять нас от песчаных акул и ос. Кроме того, может, там ничего нет.

— Постой, — произнес Каин. — Тексты предупреждают о заклинании, которое скрывает от глаз хранилище. Согласно им мы не должны были бы обнаружить даже эти две колонны. Что-то ослабило заклинание.

Если там скрыты бесценные артефакты, то есть и более серьезные заклинания, которые оберегают здешние тайны от посторонних, добавил он про себя.Опустившись на колени на горячий песок, Каин снял рюкзак и начал рыться в нем. Его молодой спутник очень напоминал ему другого, которого он знал прежде. Тот юноша спустился в адские лабиринты, пытаясь спасти Тристрам. И герой дорого заплатил за самоуверенность, и весь Санктуарий вместе с ним. А Каин не спас его.

«Тебе понадобится защита», — подумал он.

Каин достал предмет вроде подзорной трубы с янтарными линзами. Посмотрел в него на свете солнца. Оно склонялось к горизонту, и воздух окрасился в желтый оттенок. Не больше часа до темноты. Надо разбить лагерь и обследовать руины утром. Но Акарат был прав. Враг может появиться отовсюду.

Каин поднялся, стараясь не обращать внимания на ноющую спину и пульсирующую боль в коленях. Возраст давал о себе знать. Как же так? Ведь еще недавно он был мальчишкой. Он бегал по полям, стараясь не вляпаться в коровьи лепешки в высокой траве, воровал яйца из курятника Гросгрува. Ах, как летит жизнь! Она утекает, словно песок сквозь пальцы, и не поймаешь, оглянуться не успеешь…

Снова стали подкрадываться сомнения. Большую часть жизни Каин провел эгоистично и невежественно. Он жил лишь в мире книг и игнорировал свой род. Только спустя полвека он обрел свою судьбу, по ходу дела уничтожив все самое дорогое. Какой он вообще Хорадрим после этого?

Он — не герой, что бы там мать ни говорила. Мысль о том, что ответственность ляжет на его слабые плечи, была невыносимой. Грядет нечто ужасное, и по сравнению с новыми нападениями — старые покажутся детскими играми. Никто не верил ему, когда он начинал говорить о вторжении демонов, кроме Акарата. Они посмеивались над ним, глупым стариком, который молол вздор. Люди Санктуария занимались повседневными делами, редко ощущая вторжение ангелов и демонов в их реальность. Жизнь они вели нелегкую, но вполне обыденную.

Но они не видели того, что когда-то узрел он. Им не снились сны, которые снились ему. Иначе они бы думали по-иному.

Фыркнув, паладин убрал меч в ножны, но продолжал переминаться с ноги на ногу. В Вестмарче он с готовностью слушал рассказы Каина. Он даже не давал ему лечь спать вовремя и донимал расспросами. Но сейчас, в предвкушении схватки, ему хотелось действовать. Молодого паладина назвали в честь самого основателя Закарума, и имя ему подходило. Несмотря на молодость и упрямство, он был истинно верующим и ревностным рыцарем.

Каин тихо произнес короткое заклинание, чтобы активизировать заложенные в предмете силы. Отдал его паладину.

— Гляди на руины через трубу, — объяснил он. — Быстро, пока оно не поблекнет.

Рыцарь повиновался, и быстрый судорожный вдох показал Каину, что артефакт сработал.

— Во имя Света… — прошептал паладин. — Невероятно.

Наконец он вручил трубу Каину. Его глаза все еще были расширены от удивления.

Теперь наступила очередь старшего. Цвет линз придавал пейзажу оранжевый тон, будто где-то вне поля зрения горел костер. Прямо перед ним располагались развалины огромного сооружения, входом в него служили две уже знакомые колонны. Множество других колонн на разных стадиях разрушения вели к дверям храма. Вздымались стены, обвалившиеся после страшного взрыва. Гигантские каменные глыбы, обколотые и источенные песком, валяющиеся там же, куда они упали в те стародавние времена.

Каин опустил трубу. Только две колонны — и больше ничего. Защитное заклинание, конечно, весьма мощное, но оно заметно ослабело. И почему?

Остановить Акарата было нереально. Он спустился метров на шесть ниже по склону настолько быстро, насколько ему позволяли доспехи. Рыцарь обернулся к Каину, и на его воодушевленное лицо упал теплый свет солнца.

— Сюда! — крикнул паладин. — Тебе, что, письменное приглашение требуется?

Рядом с развалинами воздух был заметно холоднее. К тому времени, когда двое путешественников добрались до колонн, заклинание, приводящее в действие магическую подзорную трубу, «отключилось». Хотя они в нем больше уже не нуждались.

Колонны отбрасывали густую тень на их путь, будто черные линии, нарисованные в пыли. Когда они миновали тень, защитное заклинание постепенно перестало действовать. Оба оказались посреди величественных руин тайного хранилища. Повсюду вздымались колотые камни, местами до блеска отполированные песком и ветром. Бока самых крупных покрывала вязь древних рун. Конечно, раньше это место являлось средоточием великой силы — школы магии Визджерей. Каин почувствовал, как его сердце бьется чаще, а ладони покрываются потом. Энергия гудела у них под ногами, сокрытая где-то в глубинах земли.