100 жемчужин европейской лирики
вернуться

Коллектив авторов
Шрифт:

(Переводчик – Михайлов Михаил Ларионович, 1829–1865)

Стоят от века звёзды…

Стоят от века звёзды Недвижно над землёй И смотрят друг на друга С любовью и тоской. Их языка (богат он И как хорош!) не мог Постигнуть ни единый Учёный филолог. Но я его изгибы Все изучил вполне… Ведь глазки милой были Грамматикою мне.

(Переводчик – Михайлов Михаил Ларионович, 1829–1865)

Как пришлось с тобой расстаться…

Как пришлось с тобой расстаться, Разучился я смеяться… Был в насмешках я жесток, А смеяться всё не мог. Как с тобою разлучился Я и плакать разучился… Много сердцу горьких бед, А слезы всё нет как нет.

(Переводчик – Михайлов Михаил Ларионович, 1829–1865)

Только платьем мимоходом…

Только платьем мимоходом До меня коснешься ты — По твоим следам несутся Сердца бурные мечты. Обернёшься ты, вперится Глаз огромных синева — С перепугу за тобою Сердце следует едва.

(Переводчик – Блок Александр Александрович, 1880–1921)

Печально и вместе забавно…

Печально и вместе забавно, Когда убеждаемся мы, Что любят два сердца друг друга, Но верить не могут умы. Ты слышишь ли, крошка, как много Любви в моём сердце? Она Головкой качает: «Бог знает, Комута любовь отдана!»

(Переводчик – Вейнберг Пётр Исаевич, 1831–1908)

Не любишь ты, не любишь ты…

Не любишь ты, не любишь ты, Но мне совсем не больно. Глядеть на милые черты — С меня уже довольно. Что ты мне враг, что ты мне враг, Лепечешь ты невинно, Но я прощу и боль и мрак За поцелуй единый.

(Переводчик – Оношкович-Яцына Ада Ивановна, 1896–1935)

Утром шлю тебе фиалки…

Утром шлю тебе фиалки, В роще сорванные рано; Для тебя срываю розы В час вечернего тумана. Знаешь, что хочу сказать я Аллегорией цветною? Оставайся днём мне верной И люби порой ночною.

(Переводчик – Коломийцев Виктор Павлович, 1868–1936)

Друг, откройся предо мною…

Друг, откройся предо мною — Ты не призрак ли какой, Как выводит их порою Мозг поэта огневой!.. Нет, не верю: этих щечек, Этих глазок милый свет, Этот ангельский роточек — Не создаст сего поэт. Василиски и вампиры, Конь крылат и змий зубаст — Вот мечты его кумиры, — Их творить поэт горазд. Но тебя, твой стан эфирный, Сих ланит волшебный цвет, Этот взор лукаво-смирный — Не создаст сего поэт.

(Переводчик – Тютчев Федор Иванович, 1803–1873)

Меня ты не смутила…

Меня ты не смутила, Мой друг, своим письмом. Грозишь со мной всё кончить — И пишешь – целый том! Так мелко и так много… Читаю битый час… Не пишут так пространно Решительный отказ!

(Переводчик – Майков Аполлон Николаевич, 1821–1897)

Сердце, сердце! что ты плачешь?

Сердце, сердце! что ты плачешь? Иль судьба тебе страшна? Полно! что зима отымет — Всё отдаст тебе весна! А ведь что ещё осталось! Божий мир не обойдёшь! Выбирай себе любое, Что полюбишь – всё возьмёшь!

(Переводчик – Майков Аполлон Николаевич, 1821–1897)

Гёте Иоганн Вольфганг, фон (1749–1832)

Новая любовь – новая жизнь

Сердце, сердце, что такое? Что смутило жизнь твою? Что-то странное, чужое, — Я тебя не узнаю! Всё прошло, что ты любило, Всё, о чём ты так грустило, Труд и отдых – всё прошло — До чего уже дошло! Иль тебя цветком росистым Эта девственность чела, Взором кротким, нежно-чистым, Своевольно увлекла? Вдруг хочу от ней укрыться, Встрепенуться, удалиться, Но мой путь ещё скорей Вновь, увы, приводит к ней! И меня на нити тонкой, Безнаказанно шутя, Своенравною ручонкой Держит девочка-дитя; Красоты волшебной сила Круг заветный очертила. Что за странность – как во сне! О, любовь, дай волю мне!

(Переводчик – Фет Афанасий Афанасьевич, 1820–1892)

Готье Теофиль (1811–1872)

Если ждешь, чтоб я любила…

Если ждешь, чтоб я любила, Пыла страстного не трать, Чтоб голубки беспокойной, Чтоб любви не испугать! Так тревожна нежность сердца: Только тронешь, без следа Робкой птичкой исчезает В небе розовом стыда. Неподвижней изваянья Встань под сумраком ветвей; Ты увидишь – скоро с ветки Птичка спустится смелей. Чу! к тебе всё ближе, ближе Вздохи свежие весны, Легких крыльев трепетанья, Вихри снежной белизны. И голубка, как ручная, На плечо к тебе вспорхнет, Миг еще – и клювом алым Поцелуй твой жадно пьет.