— Ты точно не из ЦРУ?

— Клянусь! Ты только что собственными глазами видела, как хорошо могут быть изготовлены поддельные купюры. Поверь, фальшивки выглядят так, что их ни за что не отличишь от настоящих, разве что по бумаге. Это мало кому под силу. Изготовленные на подобных копирах дешевые подделки составляют не меньше половины всех фальшивых денег — и это случилось за каких-нибудь несколько лет.

— А, наверное, поэтому в каждом супермаркете сейчас используют такие интересные черные ручки, с помощью которых проверяют банкноты? — сказала я.

— Угадала. Через них пропускают все пятидесяти- и стодолларовые купюры. Если банкнота становится желтой, все о'кей. Если коричневой — ее считают подозрительной и проводят дополнительные проверки. Если черной — это определенно подделка. В таком случае покупателя задерживают, а товар возвращают на полку.

— А если этот покупатель получил банкноту от другого лица?

— Понимаю, куда ты клонишь. По идее, подозреваемого берут в оборот и трясут до тех пор, пока он не расскажет, откуда взял купюру. Но, как правило, даже в крупных магазинах ограничиваются просто составлением протокола. Теперь вообрази себе последствия от обращения всей этой массы фальшивок. Сегодняшняя экономика и так переживает не лучшие времена, но выброс огромного количества подделок подстегивает инфляцию и может вызвать настоящую катастрофу во всем мире. Поверь, это будет кризис, какого мы еще не видели.

— И как же со всем этим бороться? И ты… ты правда не из ЦРУ?

— Мы создаем компьютерную систему, способную выводить подделки из оборота. Она основана на научных разработках, используемых военными.

Час от часу не легче. Военные немногим лучше ЦРУ. Однако я улыбнулась и сказала:

— Компьютеры спасают мир, так?

— А почему нет? Пентагон привлекал меня при запуске спутников и к обработке данных аэрофотосъемки, когда их аналитики не успевали.

Моя мигрень стихла, зато голова шла кругом.

— Ну ладно, ты не из ЦРУ, но тогда, наверное, из ФБР или ВНС, [44] или что-то вроде того?

— Ди Ди, я всего лишь компьютерный хакер. Один из лучших, быть может, но не более того. Ну, хочешь услышать продолжение истории или вернемся в постель?

— Хорошо, давай залезем под одеяло и продолжим. В конце концов, разве не так действуют агенты? Но никаких глупостей, пока не расскажешь мне все.

Согнав с нагретого места кота, мы уютно устроились в постели. Я старалась сосредоточиться на том, что говорит мне Скотти.

— Все, что от нас требовалось, это быстро и точно описать, что происходит на сделанных с самолетов снимках, чтобы военные могли при необходимости предпринять ответные меры, — развивал он тему, тем временем руки его забегали по моему телу, а наши ноги переплелись. — Вот почему данные аэрофотосъемки так важны.

— Скотти, мы же договорились: без глупостей, пока ты все не расскажешь.

— Ты хочешь, чтобы я перестал?

— Нет, НО…

— А если я буду делать это… очень-очень медленно?

Я шлепнула его по руке, но одновременно застонала от наслаждения.

— Так на чем мы остановились?

— На аэрофотосъемке.

— Точно. Мы разработали программное обеспечение и устройства, способные извлечь ценную информацию из этой груды снимков. «Хай-Дата» участвовала в проекте.

— Да?

— Она отвечала за скоростные системы сканирования. В итоге мы смогли осуществлять анализ происходящего в реальном времени, вот почему нам удалось так быстро разгромить Ирак и войти в Багдад.

— А при чем здесь фальшивые купюры?

— Скоро доберемся и до них, — он рассмеялся и поцеловал меня.

— Скотти!

— Проблема в том, что я не в силах устоять перед тобой. Ну ладно, ладно. Дело в том, что теперь мы пытаемся применить те же самые методы сканирования и анализа для бумажных денег. Непосредственно моя функция в том, что я отлаживаю систему в части выявления поступающих в центральный банк фальшивок и выведения их из оборота.

— Так вот чем ты занимаешься.

Он нежно поцеловал и погладил нижнюю часть моего живота. Мне хотелось большего, но сначала надо было уразуметь сказанное.

— Ты же обещал!

Скотти вздохнул.

— Если нам так надо возвращаться к деньгам, то пожалуйста. Сканер превращает световой сигнал, снятый с купюры, в цифры, цифровой код. Мы получаем этот композитный сигнал, сличаем его с сигналом идеальной долларовой банкноты и таким образом выявляем подделку.

— Это как идеал Платона, — пробормотала я, думая, что разработка Джо Танаки по выявлению искажений звукового сигнала очень схожа с этой методикой.