— Какой именно помощи вы ожидаете? — хмуро спросил Сергей.

— Валентин Давыдович возглавляет Центр внедрения новейших технологий (ЦВНТ), который находится в Киеве. Он считает, что ваши консультации, как специалиста, могут существенно помочь его работе — в настоящий момент решено вплотную заняться исследованием возможностей bacteria sapiens.

— Я не смогу делать этого в ущерб собственной работе.

— Что вы, этого никто не требует, наоборот — вашей экспериментальной базе в совхозе «Знамя Октября» теперь будет уделяться намного больше внимания. Вам предоставлено новое помещение, новейшее оборудование — все для того, чтобы вы и ваши коллеги могли работать с оптимальной отдачей. Киевский ЦВНТ будет вести параллельное исследование bacteria sapiens-автотрофов.

Сергей озабоченно потер подбородок.

— Стало быть, вы намереваетесь перемещать популяцию bacteria sapiens из Дагестана в район Киева?

— Естественно, а как же иначе? — с легким удивлением в голосе ответил Черкизов и пошутил: — Но на вашу долю в совхозе останется достаточно. Или вы боитесь, что ваши мудрые bacteria sapiens начнут скучать друг без друга? — он рассмеялся собственной остроте.

— Дело не в этом — все представители bacteria sapiens постоянно находятся друг с другом в контакте и оказывают друг на друга влияние, независимо от расстояния, которое их разделяет. Однако район массового обитания — территория совхоза «Знамя Октября» — был выбран ими из экологических соображений, как безопасная зона. Очень может статься, что перемещаться под Киев они не пожелают, и в образцах грунта, которые вы туда доставите, не будет и следа bacteria sapiens.

Он с удовольствием отметил, как у Черкизова и остальных вытянулись лица, и они растерянно переглянулись.

Кручинин нерешительно заметил:

— Но ведь bacteria sapiens не покидают организм млекопитающего, внутри которого находятся — ваш, например. Вы носите в себе эту культуру независимо от места своего пребывания.

Сергей слегка поморщился — не очень приятно, когда тебя называют млекопитающим.

— Начнем с того, — сухо возразил он, — что хомо bacteria sapiens, которую носит в себе человек, отличается от мамма bacteria sapiens остальных млекопитающих — генетически хомо полностью идентичны своему «хозяину». Мамма bacteria sapiens генетически тоже очень близки к организму, который населяют, и такая генетическая привязанность сильнее территориальной. Например, мамма bacteria sapiens сохраняются даже в молочно-кислых продуктах, изготовленных из молока самок-носителей. Однако у bacteria sapiens-автотрофов такой генетической привязанности к обособленному организму нет, источником их существования являются свет солнца, воздух и органика почвы.

— Знаете, — задумчиво произнес Кручинин, — я вспомнил Докучаева — ведь именно он ввел представление о почве как о самостоятельном природном теле с особыми свойствами, присущими как живой, так и неживой природе — минералогический и химический состав материнской породы, климат, животный и растительный мир и так далее. Для оптимального существования bacteria sapiens-автотрофы должны быть генетически достаточно прочно связаны с почвой.

Качнув головой, Сергей неопределенно хмыкнул:

— Да, конечно, но ведь вы не можете переместить почву из Дагестана под Киев?

— Почему же? Для наших целей вполне возможно переправить несколько сотен тонн грунта из совхоза в ЦВНТ. Разумеется, нам необходимы ваши анализы образцов почвы.

Сергей побледнел.

— Вы хотите переместить из Дагестана под Киев грунт с bacteria sapiens? Но если такую биомассу вы выведете из зоны безопасности, это может привести к непредсказуемым последствиям — не только для перемещенных бактерий, но и для оставшихся.

— Район Киева по уровню своей радиационной безопасности не уступает совхозу, — возразил Черкизов, — а помещения, в которых находятся источники излучения — электронные микроскопы и рентгеновские дифрактометры, — имеют дополнительную внешнюю защиту, я специально на этом настаивал.

— Эти приборы-то как раз неопасны — максимальная частота мягкого излучения, используемого при их работе, много меньше порога, гибельного для bacteria sapiens. За последние десять лет мы имели возможность убедиться, что излучение порядка десятых долей ангстрема и выше они переносят безболезненно. Нет, дело в случайностях, которые нельзя предвидеть.

— Дозиметрический контроль будет проводиться пять раз в сутки, все случайности будут исключены. Вы сами сможете в этом убедиться, приехав к нам в Киев.

Сергей вылетел в Киев сразу же после майских праздников, и в отсутствие брата Муромцев-старший по утрам добросовестно доставлял племянницу в новую школу на служебной машине. Каждый день без четверти восемь Таня выходила из подъезда, около которого уже стояла темно-синяя «Волга» и заученным тоном пай-девочки приветствовала курившего рядом с машиной водителя:

— Здравствуйте, Михаил Егорович.

Кивнув, водитель ждал, пока она заберется на переднее сидение, потом щелчком отправлял сигарету в урну и, усевшись с ней рядом, спрашивал:

— Ну, как дела?

— Все нормально.

— В новой школе еще не накуролесила?

После того, как она отрицательно мотала головой, шофер умолкал, потому что не знал, о чем еще с ней говорить. Каждый день повторялось одно и то же, и Таня отлично понимала, что Михаилу Егоровичу глубоко безразличны ее школьные дела, но он считает, что с «ребенком начальства» нужно заигрывать. Однажды на нее что-то нашло, и она спокойно ответила:

— Накуролесила — сто рублей у математички из сумки украла.