Дальний Восток нужен, в первую очередь, Москве. Без кардинального изменения отношения федеральной власти и политико-экономической элиты страны к нашим восточным притихоокеанским территориям невозможно восстановление России и невозможна какая-либо реальная польза от находящейся ныне у власти элиты.

Все разговоры о восстановлении и, тем более, развитии страны без практического опережающего развития Дальнего Востока, - есть разговоры, что называется, в пользу бедных.

Во-вторых, Дальний Восток нужен всем регионам страны. Только на основе найденных для Дальнего Востока принципиально новых моделей и технологий регионального развития возможно всерьёз решать проблемы наших Северов, Кавказа, Калининграда, Центральной России, системно подойти к развитию Зауралья в целом.

Ситуация на Дальнем Востоке является критической для России в целом. Проблемы Приамурья или Сахалина являются не региональными и даже не федеральными, а геополитическими, геоэкономическими, геостратегическими и геокультурными. Качество жизни и характер развития здесь - на далёкой, казалось бы, окраине - являются базовыми и отправными для всей страны.

Сегодня рядом исследователей26 выявлена и доказана следующая закономерность: все регионально-модельные ситуации в Российской Федерации “зарождаются”, “идут” и “приходят” на Запад страны именно с Дальнего Востока. Это касается и ситуаций с электроснабжением, и с кризисом ЖКХ, и с демографией, и с миграцией, и с занятостью населения. Поэтому все регионы России и, особенно, Москва и Санкт-Петербург должны определиться насчёт того, что именно они хотят “получать” с российского Дальнего Востока: кризисы и разруху - или передовой опыт и перспективные решения.

Вне опережающего развития тихоокеанской России никаких чудес ожидать не следует. В России реальная волна развития может пойти только с Дальнего Востока на Запад.

В-третьих, российский Дальний Восток нужен всему миру. Разумеется, я имею в виду не вожделенные взоры коммерсантов и политиков из соседних и дальних стран на местные природные богатства. Миру сегодня и в ближайшие годы критически необходимо иметь образец нефиктивного развития - того нового места, нового Нового Света или даже Нового Израиля, где на практике возможна демонстрация методов ухода от деградации и прозябания, системный выход на национальное и мировое развитие.

В-четвёртых, Дальний Восток нужен всем сегодняшним его жителям и всем тем жителям России и СНГ, кто в ближайшие десятилетия именно Дальний Восток выберет местом своей достойной и интересной жизни, успешной карьеры и достойного наследства детям.

Вывод очевиден: Дальний Восток сегодня не нужен только тем, кто не связывает своё и своих близких будущее с Россией.

Время Новой Восточной политики пришло.

И следует незамедлительно приступать к решительному развитию нашего Дальнего Востока и делать Новую Восточную политику стержнем российской политики в целом.

Проектирование центра мирового развития

В настоящее время проектирование и организация новых регионов глобального значения становится достаточно обычным явлением в мире.

Показательной здесь является организация Соединёнными Штатами Америки в целях обеспечения себя углеводородными ресурсами и контроля Евразии нового искусственного региона Большого Ближнего Востока (The Greater Middle East), включающего территорию от Судана до Пакистана и от Севера Индии до Великого Кавказского хребта.27

Данный регион был спроектирован (“придуман”) североамериканскими стратегическими географами совместно со специалистами в области внешней политики и обороны в качестве особой вынесенной за пределы США ресурсной провинции и зоны геостратегического контроля Евразии в начале 1990-х годов и затем начал продвигаться в качестве “естественного” географического феномена. Технологической идеей нового региона стал сдвиг фокуса интересов США с Ближнего Востока (the Middle East) и Персидского Залива к Центральной Азии, Каспию и Кавказу, что и выразилось в “изобретении” этого нового слова-понятия-географического объекта.

Претенциозность и серьёзность планов США следует из самого названия региона. The Greater Middle East скорее следует переводить не столько как Большой Ближний Восток (хотя этот перевод сейчас стал общепринятым), сколько как Великий Средний Восток - по аналогии с Greater Britain, “Великой Британией”, именем, которым с 1868 года в период расцвета имперско-колониальной Великобритании (Great Britain) англичане сами стали себя называть.28

Войны США против талибов в Афганистане, а затем против Ирака, завершившиеся оккупацией Афганистана и Ирака, а также более чем вероятные и постоянно прорабатывающиеся сценарии агрессии против Сирии и Ирана, размещение военных баз в Узбекистане, Киргизии, Азербайджане и Грузии, целенаправленное вытеснение из данного глобального региона России наглядно показывает реализацию созданного в общих чертах ещё в начале 1990-х годов проекта.

В последние несколько лет активно продвигается ещё один “искусственный”, “ненатуральный” регион, сконструированный в целях переорганизации Юго-Восточной Европы и расчленения Кавказа в меридиональном направлении (“вдоль”). Речь идёт об организуемом США, НАТО и ЕС так называемого Большого Черноморского региона (БЧР, the wider Black Sea region) который включает Турцию, Румынию, Болгарию, Молдавию, Украину, Россию, Грузию, а также Армению и Азербайджан.29

Проектирование БЧР началось также более 10 лет назад и напрямую связано с инкорпорированием Восточной Европы в НАТО и ЕС и политико-военной ассимиляцией (“перевариванием”) бывших республик СССР - лимитрофов - в виде предложенного тогда Збигневом Бжезинским “Балтийско-Черноморского альянса”.