Котенок пригрелся и расслабился на могучих руках. Почуяла, что ее уже любят. Я улыбнулась. Аластор сел на свое место рядом с нами и начал наглаживать рыську. Она уставилась на меня.

– Красавица, - сказала я, - как назовешь?

– Есть предложения?
– громыхнул однобровый, расплываясь в улыбке.

– Lynx, - пожала я плечами, - это значит 'рысь' по-латински.

– Линкс, - задумчиво прогремел Аластор.
– Что скажешь?
– он обратился к играющемся с его рукой котенку.

Рысь принюхалась ко мне. Она хотела ко мне на руки. Странно я влияю на животных. Маленькая серо-коричневая кошечка перебралась на меня. Честно говоря, она была тяжелой. Посидела и пошла обратно к Аластору.

– Мы в качестве подарка приготовили для рыси вольер, - чуть ворчливо сказал Танатос, - надеюсь, тебе и кошке понравится.

– С днем рождения тебя, дорогой наш!
– ласково сказала Сибилла.

Настал черед 'детей' дарить свой подарок. Я решила проявить инициативу:

– Аластор, - обратилась я к юбиляру, - мы долго думали, что тебе подарить. Но все же нам удалось найти подарок хоть чуть-чуть достойный тебя. Сейчас пойдем на улицу и посмотрим, но сперва лично от меня...

Я вынула из кармана бисерную тонкую цепочку и протянула имениннику.

– Сама сделала? Красиво, - улыбнулся великан, - надень мне сама.

Он придвинулся ко мне. Я завязала концы лески на его шее. С размером я угадала. Бисерная ленточка как раз чуть свисала и не мешала вертеть головой.

– Так идем смотреть, что вы припрятали в ящике с желтым бантом, - Аластор развеселился и встал, прижимая к себе Линкс.

Мы все последовали за ним. Энио и Тайгета заверещали, что бант золотой и никакой не желтый. Всю свою защиту с подарка я сняла по дороге. Темные высыпали на улицу. Им всем хорошо, только обулись, а мне пришлось натягивать еще и куртку с шапкой.

Близнецы торжественно вручили Аластору лом, и он уже открывал ящик с подарком, когда я вышла из дома на улицу. Ящик взломан. Юбиляр счастлив. Не прошло и минуты, а снегоход уже стоял на снегу. Однобровый натянул на себя куртку, перчатки и очки. Завел 'подарок' и оглядел нас.

Аластор пристроил рысь, вручив ее Найке. Доберманы и алабаи очень хотели познакомиться с девочкой. Анайдейе отпихивал псов и решил унести котенка в вольер.

– Чья идея?
– грозно спросил Аластор.

– Моя, - я робко подняла руку, - ну, я... А Сумман меня поддержал, - нашла я на кого скинуть половину вины.

– Значит, тебя и покатаю, - великан спрашивать мое мнение не стал.

Он усадил меня на снегоход перед собой, вручил очки. Очки мне естественно были великоваты, и пришлось максимально уменьшать ремешок, но шапка прибавила моей голове объема. Надела свои перчатки. Темные наблюдали за моими действиями с легкой долей иронии. Так перчатки готовы, очки на месте и кошмаааар!!! Аластор резко рванул по снегу. Я вцепилась в руль рядом с его руками. Мы мчались вдоль леса. Собаки сначала побежали за нами, но быстро отстали.

Ветер свистел вокруг нас. Куртку мою продувало, но все равно сердце замерло от восторга. Страшно не было. С Аластором я бы и в жерло вулкана прыгнула... сейчас было здорово! Мы резко развернулись и помчались обратно. Интересно, как Аластор умудряется видеть, куда рулить? Он же без очков, а ветер такой холодный...

Мы вернулись к дому. Женская половина Лилейных зашла в дом. Орф и Танатос тоже присоединились к дамам. Остались одни мальчишки. Если конечно их можно так назвать...

Я поспешила слезть с нового железного коня и пошла греться к мужу. Он, как ни в чем не бывало, разгуливал по улице в тонком свитере. Близнецы тоже не особо одетые. Сумман вообще в рубашке. Брр, мне на этих темных смотреть тошно, еще холоднее становится.

Мы с Найкой пошли домой отогревать меня. С чашкой горячего кофе я быстро оттаяла и слушала шутки и рассказы Сибиллы о детстве ее детей. Вернулись те, кто оставался на улице глазеть на подарок Аластора. Разрумянились темные...

– А помните, как Анайка пытался меня победить?
– весело громыхнул именинник, садясь на диван.
– Увидал, что все братья меня одного свалить не могут, и решил, что он самый хитрый.

– Хорошая история!
– развеселился Зелос и сел прямо на пол у камина.
– Пришел весь уставший Лас под утро и решил рухнуть спать...

– Тут наш великий махинатор, - Иалем кивком головы показал на смеющегося Найку, - ему тогда сколько было? Года четыре или пять... Не важно, короче этот шнырь пробрался в комнату нашего громилы, углядел, что тот храпит на полдома...
– дальше Иалем говорить не мог, он начал смеяться.