— Она не такая, как остальные периконы. Я сам сбежал от их плена благодаря ей, она пошла против своих только чтобы помочь мне… Вы понимаете это? — Руди попытался донести до их ушей разумные доводы.

— Чушь… — Оберос недовольно поморщился, его черное лицо выражало определенно мимику неудовольствия. — Чушь, которую я не хочу слушать.

— Я сейчас просто пущу заряд тебе в голову, — Руди вскипел, приблизился к самодовольному оберосу вплотную.

— Ты меня убьешь? — с ухмылкой предположил мохнатый. — А мои ребята тогда убьют тебя, и все будут квиты.

— Значит, так и будет… — Руди нацелил на обероса пистолет, услышал, как затрещали ружья оберосов, приведенные в готовность.

Время сейчас казалось мучительно долгим, тянулось неимоверно занудно.

— Так и будем целиться друг в друга? — бодрый дух у обероса упал, он боялся, что Руди спустит курок.

— Отпусти ее, — Руди указал на Крэни. — Она мне нужна.

— Отпустить… — оберос не успел договорить, сверху на потолке внезапно вспыхнул свет, вздрогнул, а затем погас. Почти дуплетом прозвучали выстрелы. В полной темноте началась паника, кто-то куда-то бежал, кто-то кричал… Руди чудом увернулся от какого-то щелкающего снаряда обероса, что воспринял отключение света как сигнал к атаке. Лир попытался найти в общей суматохе и полной темноте Крэни.

— Крэни! — крикнул он и метнулся к месту, где она должна была быть.

— Я ту… — голос девушки оборвался, она замолчала.

Потом вспыхнул странный свет, откуда-то со стороны. Жужжание наполнило комнату, за ним полилась какая-то странная музыка, берущая начало нот с самых высоких октав. Переполох по поводу отключения света и стрельбы прекратился, все как один зачарованно смотрели, как герметичная цилиндровая капсула начала открываться. Сиренево-алый свет пролился из щелки, всё больше и больше захватывая пространство темноты. Потом кобальтовая дверь распахнулась неожиданно, и все в этой комнате: периконша, лир, оберосы — замерли, ожидая увидеть то, о чем они, возможно, мечтали всю свою жизнь.

Набирал силу яркий свет, на фоне которого вычленялась фигурка: овальная голова, длинные конечности рук и ног, прямое тело, упакованное в блестящий костюм. Это был дух… Да-да. Живой, успешно вышагивающий на своих двух ногах дух.

— Кто здесь? — почти пискнуло своим слабым голосом бледнолицее существо.

Потом вспыхнул свет в комнате. Движение кобальтовой двери прекратилось, капсула открылась. И если вслушаться хорошо, то можно было услышать, как там, в металлических переходах, из современных гробниц уже вышагивало множество существ, отбивая ногами настоящую мелодию металла, пробудившегося после застоялого бесполезного прошлого.

— Кто здесь? — повторил свой вопрос пробудившийся, оглядывая комнату; больше слов вымолвить не смог, ошеломленно замерев у дверей. Оберосы падали на колени от восхищения, преклоняясь перед появившимся на пороге двери существом.

— Рады приветствовать тебя, дух, — трепетно шептали мохнатые.

Крэни с не меньшим уважением произносила слова молитвы периконов, обращенные к людям. Только Руди был единственный из всей этой суеверной толпы, который не падал на колени от счастья при появлении сверхсущества. Он стоял и изучал незнакомца.

— Ты дух? — осмелился спросить пришелец из океана, глядя на пробудившееся бледнолицее существо. Умение Линкоса помогло ему и сейчас. Теперь он знал язык древних…

— Я человек, — ответило создание без шерсти и пигмента на коже. Каким же беззащитным и хрупким казался он в этот момент, — Руди не смог не отметить это в мыслях, удивляясь, как долго такие создания могли господствовать на земле, не имея ничего хорошего в наследство от эволюции, не считая ума.

— Чело-век, — с трудом выговорил Руди, испытывая легкое разочарование перед тем, что он всё это время представлял в голове, говоря о духах, и кого увидел в итоге.

— Да, я человек, — мужчина улыбнулся, сделал пару шагов по направлению к пришельцу из океана. Протянул ему свою белую руку с длинными пальцами. Складывалось ощущение, что духи, или, вернее, люди также эволюционировали в течение столь длительного времени.

Что же произошло на планете, что они вымерли повсеместно, уснув надолго в криогенных камерах? Руди вспомнил книги с картинками с описаниями духов. Раньше они выглядели иначе — были более коренастыми, не столь головастыми и обладали более сильными телами. Ухмылка пробежала по лицу Лиритянина.

Рукопожатие. Первый контакт с духом (человеком) заставил Руди задаться вопросами:

— Где вы были всё это время? Почему покинули этот мир? Что случилось с этой планетой? — Казалось, всё было слишком напутанным в истории человечества, и потому пришельцу из зеленого океана не терпелось узнать ответ.

Человек прошел еще пару шагов, с некоторым недоумением разглядывая Руди, затем — молящихся оберосов, что ползали по полу, не скрывая свое восхищение перед пробудившимся. Крэни, казалось, тоже попала под неведомые чары воздействия. В капсульных отсеках всё еще пробуждались люди, они медленно выбирались из своих тесных криогенных камер, щурясь от света, неуверенно шли по коридорам, приводящим их лишь в эту «гостиную». Все они были одеты в блестящие костюмы, плотно облегавшие их тела; такие же похожие лица, волосы на голове. Словесное удивление слетало с их уст, они хотели так много сказать, но ото сна гортанные связки плохо слушались, потому они просто удивленно озирались по сторонам, созерцая этот мир вновь. Одного люди еще не знали, что мир изменился и очень сильно…