У меня взмокают ладони.

— Постараюсь с ним не общаться, — говорю я.

— Саба, ты только начинаешь понимать, кто ты и на что способна. Помнишь, там, в палатке, во время транса… Ты права, Демало хорошо знает тени. Свою, твою и наши тоже. У каждого есть тень. Ты должна научиться…

Ауриэль замолкает на полуслове. Прислушивается к своим путеводным голосам. Наклоняет голову.

— Распалась связь времен, — говорит Ауриэль. — Мир движется вперед слишком стремительно. Придется тебе справляться самой. Будь как можно осторожней.

— Мне правда пора, — говорю я.

Нерон взлетает. Кружит над нами, безмолвный ночной разведчик.

Ауриэль выпускает уздечку и отступает, кутаясь в платок.

— Ни в коем случае не задерживайся на Дороге призраков, — говорит она.

— Счастливо, Ауриэль, — говорю я.

— И помни о том, во что веришь, — добавляет она. — Иначе мы все пропали.

Я киваю на прощание. Поворачиваю Гермеса на север. И не оглядываюсь.

В полулиге от лагеря Нерон вдруг устремляется обратно. Вихрем проносится мимо меня и каркает без перерыва.

Оборачиваюсь посмотреть, из-за чего такая паника.

Из темноты галопом вылетает Следопыт. Легко догоняет Гермеса.

Следопыт… Я его оставила привязанным к дереву. Сейчас не видно даже обрывка веревки.

Пес бежит молча. Ни лаем, ни взглядом не упрекает меня. Просто пристраивается рядом с Гермесом и мчится себе дальше.

У меня становится легче на душе. Сердцу тесно в груди. Как там сказала Ауриэль?

Он выбрал тебя. Ворон и волкодав, хорошие спутники для воина.

Мой ворон. А теперь еще и мой волкодав.

Не захотел от меня отстать. Зря и пыталась. Больше не буду. Могла бы и догадаться, что он не останется на привязи.

Мы скачем по каменистой равнине. Среди озер в обрамлении скал и густых еловых лесов, где воздух тяжелый и затхлый. Где стоит густая застарелая тьма.

Небо сплошь черное. Ни единой звезды. Холодная белая луна. У меня все нервы натянуты, аж звенят. И Гермес неспокоен. Дай ему волю, полетел бы стрелой. Ох, как бы мне этого хотелось. Но я сдерживаю коня. Тихо, тихо. Впереди долгий путь.

Глухо стучат копыта. Где-то далеко-далеко слышится звук барабанов. Или показалось? Кто его знает. Все стихло. В этом каменном краю в воображении сами собой рождаются страшилища. Дорога призраков. Духи Разрушителей. Кто по ней отправится, сгинет без следа.

О призраках я теперь знаю все. Неупокоенные души меня больше не пугают. Держу в руке Сердечный камень и думаю о Джеке. Как мы с ним встретимся. Как он обнимет меня крепко-крепко, а я его еще крепче, и Сердечный камень обожжет мне кожу.

Стараюсь представить, что мы скажем друг другу. Он мне, а я ему. Я не умею говорить нежности. Не в моем характере.

Будь со мной, Джек, вот как я скажу. Будем гореть вместе. Сиять вместе.

Впереди летит Нерон. Позади — Следопыт. Я поглядываю то влево, то вправо. Постоянно настороже. Я свободна. Впервые за долгое время мне легко дышится.

Здесь. Сейчас. Когда вокруг никого, только мое сердце свидетель, можно честно произнести вслух. Без Лу я могу дышать.

Он душит меня. Давит на меня. Связывает по рукам и ногам своей заботой и своим горем, своим гневом и страхом.

Когда я найду Джека и мы все будем вместе, я придумаю, как ему помочь. Клянусь. Должна придумать. Мы с Джеком найдем способ, как помочь Лу.

На Дороге призраков пока привидений не видно. И все-таки нехорошо здесь. Воздух какой-то душный, застоявшийся. И все это место ни живое, ни мертвое. Ждущее. Как будто миг между жизнью и смертью.

Мы проезжаем мимо длинного ряда ржавых, рассыпающихся на куски автомобилей. Он растянулся на целую лигу, а то и больше. Машины стоят одна за другой, и все обращены к западу. Как будто разом отправились в одну и ту же сторону, а вот здесь почему-то остановились. Па рассказывал, когда он был еще мальчишкой, после урагана открылась засыпанная раньше машина с четырьмя Разрушителями внутри. Тела совсем высохли, кожа пристала к костям, как у засохшего стручка. Хорошо, хоть в этих автомобилях мертвецов нет. На Дороге призраков и без того страшно.

Дело идет к рассвету, а местность вокруг начинает меняться. Попадаются широкие трещины в скалах. Шрамы размером с целое ущелье. С земли содрали кожу, а тело ее разворотило взрывом. Лига за лигой, все одно и то же. Это не природное бедствие. Тут люди постарались. Разрушители. Людей тех давно уже нет.

Заставляю Гермеса идти шагом. В холодном бледном свете луны рассматриваю следы их дел. Изуродованная земля. Остовы громадных машин. Скелеты зданий. Поваленные дымовые трубы. Искореженное железо. Всюду ржавчина. И мертвая тишина.