Сестра Хитроумная развернулась.
– Стройте линию! Держите линию! "Мой голос овладеет душами, я пошлю вперед судимов, словно бешеных волков. Они не заметят ран. Не познают страха. Они будут думать лишь о резне. Когда падет последний мой солдат, враг станет бессилен. Клянусь!"

Она увидела: командиры-водразы берут контроль над ротами, щелкая голосами, словно усеянными железом бичами. Она уже чуяла холодную, неумолимую силу Аграст Корвалайна, она наслаждалась растущей мощью...

Когда кто-то заорал, сестра Хитроумная чуть не пошатнулась."Что?! Я потеряла одного из командиров! Почему?"

Она видела, как мечутся солдаты там, где миг назад возвышался водраз. Ужас и паника растекались.

В сорока шагах от первого умер другой командир - грудь его расцвела ранами.

"Выпустили ассасинов!" Она пробудила Голос: - НАЙТИ! АССАСИНЫ! НАЙТИ ИХ!

Роты смешались в хаосе.
– ВСТАТЬ РЯДАМИ! ГОТОВИТЬСЯ К БИТВЕ!

Она заметила Рьяного, тот громко вопил, пытаясь вернуть порядок беснующимся судимам. Но едва она направилась к нему... около мужчины возникло темное пятно. Сестра Хитроумная прокричала предупреждение, но поздно - ножи вонзились. Рьяный выгнулся от боли и упал.

"Аграст Корвалайн, взываю к твоей силе!" Она поспешила вниз по склону. Тьма исчезла, но магия прояснила зрение - она видела след, извилистую тропу... Теперь от нее не скрыться. Маг. Как он посмел!
– ЛИШЬ МОЯ ВЛАСТЬ!

Тут же она увидела, как клубящееся темное пятно замедлилось, пришпиленное к месту, как начало извиваться в панике.

Сжав от предвкушения кулаки, она шагала туда. Справа ревели рога - противник объявлял атаку. С этим она разберется позже. "Я еще сумею все исправить. Должна!"

Тьма корчилась в хватке ее силы.

Едва шесть шагов от нее до скрытого мага.
– ЛИШЬ МОЯ ВЛАСТЬ!

Магия взорвалась, слетев с грохотом - она увидела перед собой шатающегося мужчину. Он упал на колени. Темнокожий, лысый, тощий - "не Владыка Колоды Драконов. Ладно". Она порвет его по суставам.

Четыре шага. Сапоги хрустят по гравию, он поднимает глаза.

И улыбается.
– Поймал!

Она даже не услышала, как подкрался убийца, но длинные ножи вонзились в грудь. Ее подняли над землей. Она извивалась на двух эфесах. Убийца поднимал ее все выше. Потом с кряхтением отбросил в сторону; она полетела и сильно ударилась оземь, перекатилась по острым камням.

Ублюдок оборвал вены под обоими сердцами. Она доживала последние мгновения. Голова откинулась, позволив его увидеть. Грузный, эбеновая кожа, в руках два сочащихся кровью кинжала.

Все ее водразы были мертвы. Она слышала, как враг вламывается в расстроенные порядки ее войска. Слышала, как началась бойня.

И еще она слышала разговор мага с ассасином.
– Спрячь отатараловое лезвие, Калам. И побыстрее.

Тот прогудел: - Готово. Ну, сделай меня снова невидимым.

Голоса отдалялись.
– Думаешь, легко? Она чуть не сломала мне спину своими командами.

Они уходили.

– Чувствую себя чуток открытым, Быстрый. Так далеко за линией врага...

– Какой линией?

Сестра Хитроумная закрыла глаза. "Отатарал? Ты обнажил отатарал? О, глупец". Последние мысли оказались окрашены темным удовлетворением.

Враг сломался, побежал. Вождь Матток подскакал к позиции Парана на западном холме. Натянул удила.
– Верховный Кулак! Последние уходят на восток, в долину. Преследовать?

– Нет, - ответил Паран, следя за Каламом и Быстрым Беном. Те шли по недавнему полю брани.
– Матток, начните собирать корм для лошадей. Пошлите отряды в долину, если нужно, но только для сбора. Не охотиться. Боюсь, нам придется скакать быстро.

– Куда?

– На юг, Матток. На юг.

Вождь развернул коня и выкрикнул приказы своему помощнику Т'моролу, который ожидал в стороне с кавалерийским крылом. Теперь они помчались к главным силам. Налетчики Маттока были упорными и уже показали себя с лучшей стороны. Паран потер шею, смотря вслед вождю.
– Не удивляюсь, что ты морщился при каждом движении, Даджек, - пробурчал он.
– Я словно в клубке перепутанных веревок. "Но враг сломался при первом столкновении, и то, что казалось опасной схваткой, стало побоищем. Всего несколько потерь, и то умерли торопливые идиоты, напоровшиеся на свое оружие". Колдовские голоса - это, конечно, хорошо, но если дисциплина основана лишь на них... "Да, теперь мы видим все недостатки, верно?"