Шрифт:
Как видим, золото здесь следует всем предписаниям алхимической символики: оно представляет собой мистическое единение высших начал, управляющих космосом, и возникает посредством творения — как сотворения Богом космоса, так и завершения алхимического Делания. Символика «царской дочери», описывающая в этом иносказании роль буквы bet, соотнесена — сознательно или неосознанно — с символикой prima materiaалхимиков, которая в свою очередь соответствует первичной материи, хаосу, что предшествовал Божественному сотворению мира. Подобный отрывок, прямо обращённый к алхимическим воззрениям — редкое явление в классической каббалистической литературе. Уже в Tiqqunei ha-Zohar, где используется (в № 21) этот отрывок из Bahir, предлагается менее изящная и более конвенциональная интерпретация (основанная на числе «семь», т. е. семи днях Творения), поскольку прочтение zayinкак мужского начала было неприемлемо в рамках каббалы. Исходное же толкование, пусть и оставшееся изолированным, сохранило отблеск своего алхимического происхождения: золото как символ высочайшего совершенства Творения, символ, наполненный светом — очевидно, первозданным светом.
Конфликт между мистическим и мирским пониманием золота в Каббале ярко подчёркивается попытками каббалистов объяснить, отчего ценностное соотношение между золотом и серебром в природном нижнем мире — в духовном, горнем мире оказывается перевёрнутым. Эти попытки восходят к одному классическому отрывку, который содержится в Sefer ha-Zohar [29] («Книга сияния»), главном тексте испанской Каббалы, написанном между 1280 и 1285 гг., и распространяются на множество других сочинений. Так как золото могло сохранять своё главенствующее положение по крайней мере в низшей Меркаве ( merkavah, божественная колесница) и, соответственно, в чувственно воспринимаемом мире, оставалось место и для сугубо материальной, алхимической работы, но тем самым ещё более решительно отвергалась духовная интерпретация алхимии как мистической практики.
29
Далее Zoharпередаётся фонетически близким «Зоар» вместо таких вариантов, как «Зогар», «Зоhар» и т. п. ( Здесь и далее подстраничные прим. перев.).
Упомянутый выше отрывок из «Зоара» (2.197b) гласит:
Иди и взгляни, здесь [Исх. 35:5] золото упомянуто первым, серебро же вторым, так как это совпадает с низшим способом исчисления [возможно: «с низшим миром»?]. Если бы он [Моисей] воспользовался исчислением высшей Меркавы, то начал бы отсчёт справа [т. е. с серебра] и только после обратился бы к левой стороне. Почему? Потому что написано [Агг. 2:8]: «Моё серебро и Моё золото» — сперва серебро, затем золото [30] . Но в низшей Меркаве начинают с левой стороны и только после [переходят] к правой стороне, как написано [Исх. 25:5]: «Золото, серебро, медь».
30
Таков порядок в высшем мире, мире божественных сфирот. Агг. 2:8 является также ключевым стихом в Bahirв плане символики золота и серебра. В ивритском ms. Hamburg 252 (Steinschneider 24), л. 23b, этим стихом завершается испанский еврейский алхимический рецепт.
Смысл отрывка ясен; обращённый порядок верхнего и нижнего миров — мотив, часто используемый в старейших каббалистических сочинениях. Его впитала более поздняя теория многих каббалистов, согласно которой сотворение нижнего мира зеркально отобразило «отражённый свет» мира сфирот. Так, этот мотив обнаруживается в талмудической последовательности букв в обоих мирах и отсюда в теории мистических имён Бога и в Ephesia Grammata(Эфесских письменах). К этой же линии мысли относится содержащееся в книге Esh Mezaref(мы обратимся к ней ниже) соотнесение философского камня с последней сфирой и свинца (наименее ценного из металлов) со второй из высших сфирот. Каббалисты, не исключено, не осознавали гностико-антиномические смыслы этой концепции. Иначе не объяснить, например, тот факт, что были разрешены к обращению определённые тексты, которые согласно этому принципу не только санкционировали, но предписывали браки, запрещённые Торой в высших мирах [31] .
31
См. Sefer ha-Temunahпо поводу буквы ( shin) (Лемберг, 1892), л.. 22a-b и 62a-b: «Что запрещено в одном, разрешено в другом».
Ещё более радикальным характером отличается отрывок из псевдоэпиграфической Sefer ha-Peli’ah(«Книга чудес») [32] , написанной около 1400 г.; в нём выражена та же фундаментальная идея. Здесь используются доступные примеры из повседневной жизни и разъясняется, что золото главенствует в нашем мире, поскольку мы живём в эпоху золота, под властью строгого Суда. Этот пассаж даёт мистически корректное истолкование эона милосердия, который предшествовал нашему времени; в ту эпоху царствовала сфира Хесед [33] . Подобное толкование открыто противоречит алхимическому мышлению.
32
Sefer ha-Peli’ah(Корец, 1784), л. 16c.
33
Иную попытку объяснить главенствующее положение золота можно найти у Нафтали бен Яакова Эльханана Бахараха в Emek ha-Melekh(Амстердам, 1648, л. 28d-29a): серебро является такой тонкой субстанцией, что духовно доступно лишь немногим, и оттого люди чаще всего устремляются к более плотному и твёрдому, грубому золоту. Другое объяснение даёт Шнеур Залман из Ляд, один из лидеров хасидского движения «Хабад»: серебро есть лишь одно Милосердие, в то время как золото представляет собой изобилие Милосердия и потому ценится выше серебра.
Неясно, сказалось ли влияние алхимии в Zohar1.249b-250a. Здесь говорится, что «если бы не свирепые звери, обитающие [в покрытых золотой пылью горах], люди не были бы бедны, ибо сила солнца преумножает золото» [34] . С другой стороны, именно оппоненты алхимии использовали эту «естественную» связь солнца и золота в качестве довода против искусственной трансмутации металлов. Вот почему Иегуда бен Шломо ха-Коэн Матка из Толедо говорит: «Учёные мужи считают, что золото образуется в природе в течение длительного времени, тогда как алхимики верят, что этого можно достичь быстро» [35] . В Zohar2.172а роль небесных светил описывается несколько иначе. В отрывке, навеянном астрологией и алхимией, автор говорит о «росте» металлов, причём ссылается на (вымышленную?) книгу царя Соломона о «науке драгоценных металлов» — возможно, речь идёт о том или ином лапидарии [36] , какие были широко распространены в Средние века. Ранее автор ссылается на взаимосвязанное поверье из предполагаемой «книги высших наук Востока», повествующей о магических целебных снадобьях и драгоценных металлах. Согласно этой книге, особо ценный род золота произрастает на высоких безводных горах под воздействием комет, в отличие от обычных звёзд [37] .
34
См. Zohar2.236b. Представление о металлах, «растущих» подобно кустам и деревьям, соответствует не только александрийским идеям (к примеру, в Silberer, op. cit., с. 75), но также построениям, подобным теориям арабского алхимика XII в., чьи сочинения были переведены на латинский под именем Артефия. По Артефию, растения произрастают в воде или на земле, металлы же ведут происхождение от серы и ртути. Солнечный жар проникает в землю и объединяется с этими элементами, отчего возникает золото ( Encyclopedia Judaica,т. II, кол. 544). Здесь (кол. 547) утверждается, что Артефий был не арабом, а крещёным евреем, что, вероятно, не соответствует действительности. Об Артефии см. также Waite, The Secret Tradition of Alchemy(London, 1926), с. 111-12.
35
См. Jeschurun9: 85.
36
ЛАПИДАРИИ (н.-лат.). Средне-вековые сборники с описанием различн. замечательных камней, особенно драгоценных.
37
Любопытен также пассаж в Zohar2.188a, где по поводу известий о языческом поклонении солнцу говорится, что эти солнцепоклонники, благодаря древним традициям, могут получать от солнца знания о местоположении залежей золота и серебра. В тексте приводятся дополнительные подробности.
В Zohar2.23b-24b прослеживается значительное влияние алхимии. Хотя здесь нет прямых алхимических формулировок, в данном отрывке излагается полная система алхимической символики. Два буквальных аналога можно найти в ивритских сочинениях Моше де Леона, который считается основным автором «Зоара» [38] . Внимательное сравнение показывает, что приоритет следует отдать псевдо-арамейскому «Зоару»; в более поздних сочинениях на иврите автор частью копировал, частью парафразировал и расширял написанное ранее. Основываясь на аристотелевской модели взаимосвязи четырёх элементов с четырьмя качествами (тёплое, холодное, сухое, влажное) [39] , он развивает следующие соответствия между металлами, элементами и сторонами света (точной параллели я не нашёл, так как не обладаю достаточными познаниями в более поздней или ранней алхимической литературе [40] ):
38
Оба отрывка содержатся в Sheqel ha-Kodesh(Лондон, 1911), с. 118-22, и в длинном фрагменте из неидентифицированного пока текста Моше де Леона в ms. Munich Hebr. 47, л. 366ff. и 386ff.; см. G. Scholem, “Eine unbekannte mystische Schrift des Mose de Leon”, Monatsschrift f"ur Geschichte und Wissenschaft des Judentums71 (1927): 109-23. Алхимический характер этого отрывка упомянут в R. Eisler, Weltenmantel und Himmelszelt(Munich, 1910), т. II, с. 452 и ранее в I. Stern, Ben-ChananjaIII (1860), с. 178; согласно автору, «в описаниях металлов проглядывает алхимия».
39
Данная схема была разработана Аристотелем (в De generatione et corruptioneII, 1-3), который недвусмысленно заявляет, что эти четыре качества влияют на формирование металлов. На это указано в A. Jellinek, Beitr"age zur Geschichte der Kabbala(Лейпциг, 1852), с. 38. Автор «Зоара» не обязательно пользовался переводом Аристотеля, выполненным Моше ибн Тиббоном и завершённым в 1250 г.; он легко мог воспользоваться тем или иным средневековым источником, так как во многих из них повторялась эта мысль Аристотеля.
40
Ни Липпман, ни Руска ни о чём подобном в своих работах не упоминают. Каббалистическое соотнесение золота и севера в остальном чуждо алхимическому символизму и происходит из Иов 37:22: «От севера облацы златозарни» ( В синодальном пер. неточно: «Светлая погода приходит от севера»; буквально же — «С севера замерцает золото».).
| Воздух | Вода | Земля | Огонь | |
| «верхняя Меркава» | Север | Юг | Восток | Запад |
| первичные металлы | золото | серебро | медь | железо |
| «нижняя Меркава» | латунь | свинец | олово [41] | железо |
| вторичные металлы | (сталь?) |
41
Старое талмудическо-греческое слово kassitra. «Зоар» даёт следующее объяснение: «что есть низшая [буквально, «меньшая»] медь». Моше де Леон также пишет, вовсе не упоминая старое понятие, только о nekhoshet takhton(op. cit., с. 122): «низший вид меди». О латуни он пишет (op. cit.): «жёлтая медь, металл земли». Источник первого из этих синонимов — 1 Ездр. 8:27. Наименование широко применялось для латуни, также в Средние века; см. Lippmann, op. cit., с. 571ff. «Зоар» определяет этот металл как жёлтую окалину, напоминающую по виду золото. Перевод этого отрывка в J. de Pauly, Sepher-ha-Zohar: Le livre de la splendeur(Париж, 1908), т. III, с. 121 полон ошибок. Его замечание в т. IV, с. 279, где он находит в этой алхимической космологии «Святую Троицу», проливает достаточный свет на качество перевода. Подобно тому, как латунь считалась окалиной или шлаком меди, олово в другом месте названо отбросами серебра (в продолжение рассуждений о физиогномике, Zohar Hadash,л. 33d). Здесь описывается мистическая трансформация Адама в Авраама, в ходе которой серебро «производит отбросы, внешне проявляющиеся как олово». Это повторено в обзоре физиогномики в Tiqqunei ha-Zohar,№ 70, л. 128b. В Raaya Meheimna,написанном тем же автором, что и Tiqqunim,об олове говорится как о «грязи» или окалине, образующейся во время выплавки серебра.