После нескольких лет перерыва переговоры возобновились. Когда в 1998 году бен Ладен выпустил фетву против Америки, высокопоставленные сотрудники иракской разведки отправились в Афганистан, чтобы вместе с Завахири изучить возможность передислокации «Аль-Каиды» в Ирак. В тот момент отношения бен Ладена с «Талибаном» были весьма напряженными, и некоторые старые члены «Аль-Каиды» выступали за поиск нового пристанища. Бен Ладену не нравилась такая позиция. Он не доверял иракскому диктатору.

В сентябре 1999 года Завахири снова приехал в Багдад по фальшивому паспорту, чтобы принять участие в IX конгрессе исламского народа, международном объединении мулл и светских активистов под покровительством иракского правительства. В тот момент в Багдаде появился иорданский джихадист Абу Мусаб аз-Заркави. Он не был членом «Аль-Каиды», но прошел подготовку в лагере под Гератом в Афганистане. Он считал себя соперником бен Ладена и поддерживал тесные связи с «Аль-Джихадом». Иракская разведка могла помочь Завахири и Заркави создать террористическую организацию курдских фундаменталистов под названием «Ансар Аль-Ислам», по примеру того, как Иран учредил организацию «Хезболла» [63] . (Заркави позже стал лидером повстанцев «Аль-Каиды», выступавших против американского вторжения в Ирак в 2003 году.)

О’Нейл предполагал, что «Аль-Каида» может воспользоваться началом нового тысячелетия, чтобы начать войну против Америки.

Он был убежден, что исламские террористы уже создали в Штатах плацдарм. Его взгляды сильно отличались от тех, что господствовали в верхах ФБР. Директор ФБР Фри неоднократно утверждал, что внутри США «Аль-Каида» не представляет опасности. До июня 1999 года бен Ладен даже не был включен ФБР в список самых разыскиваемых лиц.

О’Нейл чувствовал, что Африка была лишь первым шагом в натиске «Аль-Каиды», и говорил своим друзьям: «Мы еще дождемся». Это чувство его особенно преследовало во второй половине 1999 года. Он знал, что для бен Ладена имеют большое значение даты и символы, и начало тысячелетия предоставляло необыкновенную возможность. О’Нейл догадывался, что цели должны иметь отношение к инфраструктуре: питьевой воде, электрическим сетям, возможно, к транспорту. Но разведданных, подтверждающих эту гипотезу, не было.

В декабре иорданские власти арестовали шестнадцать подозреваемых в терроризме, полагая, что они готовятся взорвать отель «Рэдиссон» в Аммане и ряд туристических объектов, наиболее часто посещаемых западными пуристами. Одним из заговорщиков был Абу Мусаб аз-Заркави, но задержать его не удалось. Иорданцам удалось заполучить шеститомное пособие «Аль-Каиды», записанное на компакт-диски. Как оказалось, в иорданскую ячейку входило несколько арабов, проживавших в США.

ЦРУ получило информацию о подготовке серии терактов на территории США, но не знало многих деталей. Совместно с Федеральным авиационным агентством, Пограничной охраной, Национальной гвардией, Секретной службой каждому шерифу и всем полицейским участкам был дан сигнал тревога, но не было признаков подготовки конкретных атак. Страх перед террористами возник на фоне «проблемы-2000», широко распространенном убеждении о возможном сбое в работе большинства компьютеров в начале тысячелетия, что приведет к коллапсу технологического мира.

14 декабря пограничный патруль в Порт-Анджелесе, штат Вашингтон, остановил алжирца Ахмеда Рессама, который сильно нервничал, чем и вызвал подозрения. Один патрульный попросил его выйти из машины. Другой открыл багажник и сказал: «Ого, здесь кое-что есть». Офицер обыскал карманы Рессама и повел его к багажнику. Внутри находилось четыре таймера, около пятидесяти килограммов селитры и шесть килограммов сульфата аммония.

Рессам бросился бежать, оставив пальто в руках офицера. Пограничники бросились в погоню и поймали его через четыре квартала, когда он пытался забраться в автомашину, остановившуюся на перекрестке.

Выяснилось, что целью Рессама был международный аэропорт Лос-Анджелеса. Если бы пограничник не обратил внимание на нервозность Рессама, начало нового тысячелетия могло омрачиться большой трагедией.

Рессам в действительности не был боевиком «Аль-Каиды», хотя изучил процесс изготовления бомб в одном из лагерей бен Ладена в Афганистане.

Он был террористом-одиночкой, выступавшим под флагом «Аль-Каиды». Людей такого сорта стало особенно много после 11 сентября. Рессам ранее был мелким вором с нечеткими религиозными представлениями, благодаря которым он стал своеобразным предтечей 11 сентября. Пройдя подготовку в лагерях «Аль-Каиды», он создал собственную ячейку в Монреале. Перед началом операции террорист пытался связаться с Афганистаном и попросить средств у бен Ладена, но ответа не получил.

О’Нейл был уверен, что у Рессама в Штатах есть сообщники. Но кто и где? Он чувствовал, что часовой механизм уже запущен, отсчитывая время до Нового года.

В кармане у Рессама полицейские штата Вашингтон нашли обрывок бумаги с именем Гани и несколько телефонных номеров. Один из них начинался с 318. Когда Джек Клунан позвонил по этому номеру, к телефону в городе Монро, штат Луизиана, подошла девочка. Клунан внимательно посмотрел на номер и решил, что, скорее всего, цифры следует читать как 718. Когда он проверил этот номер, оказалось, что он принадлежит Абдулу Гани Мескини, алжирцу из Бруклина.

О’Нейл силами бруклинского поста ФБР установил наблюдение за квартирой Мескини. В перехваченном телефонном разговоре Мескини с Алжиром упоминались имена Рессама и нескольких членов ячейки в Монреале. 30 декабря О’Нейл арестовал Мескини по обвинению в тайной деятельности и несколько других подозреваемых по обвинению в нарушении иммиграционного законодательства. Вскоре Рессам и Мескини согласились дать показания.

Новый год О’Нейл встретил на Таймс-сквер вместе с двумя миллионами человек. В полночь Джон позвонил Кларку в Белый дом, чтобы дать ему знать, что он стоит под гигантским шаром в тот момент, пока колокола на часах возвещают начало нового тысячелетия. «Если они что-либо запланировали в Нью-Йорке, то сделают это здесь, — сказал он Кларку. — Поэтому я здесь и нахожусь».

После начала тысячелетия О’Нейл пришел к выводу, что «Аль-Каида» уже создала законспирированные организации в Америке. Связь между канадской и иорданской ячейкой шла через Соединенные Штаты, но даже после взрывов американских посольств и попытки минирования аэропорта Лос-Анджелеса большинство руководителей ФБР продолжало верить, что «Аль-Каида» представляет собой отдаленную и управляемую угрозу. Дэйл Уотсон, помощник шефа Антитеррористического отдела, был исключением.

На протяжении последующих месяцев О’Нейл и Уотсон регулярно встречались с Диком Кларком, чтобы выработать стратегическую программу, названную «План мероприятий после миллениума». Она была направлена на выявление скрытых ячеек «Аль-Каиды» в Штатах. План подразумевал увеличение количества антитеррористических групп по всей стране, привлечение сотрудников налоговых и иммиграционных служб к прослушиванию телефонных переговоров. Но эти изменения не смогли оказать существенного влияния на волокиту ФБР.