— Да чего там, — крикнули из толпы, — и так понятно, власть сменилась насовсем. Все семейство в изгнание.

— Власть от Бога!

— Вот Аллах и отдал ее в правильные руки!

— А с землей что будет? — недоумевающе спросил очередной голос.

Толпа забурлила. Всех страшно интересовал предмет имущества и кому оно достанется. Запрет родственникам Кагана владеть на Руси хоть чем-нибудь страшно волновал всех. По старому закону не меньше четверти угодий принадлежало высылаемым. Дело было хорошо знакомое, со вчерашнего дня неоднократно слышимое и вполне понятное. Особенно если вспомнить, что многие крестьяне сидели на той земле арендаторами. Кому теперь платить и надо ли вообще? Лучше, конечно, не платить.

Семье, кроме того, принадлежали лесные угодья, солидные паи в банках и предприятиях. Даже золотые рудники и шахты на Урале и юге страны. Все желали срочно поделить или как минимум уменьшить налоги за счет чужого добра.

— Проходи, — отмахнулся майор на попытку Яна приветствовать по уставу. — Зачем вызвал, в курсе?

— Генерал-майора Четвертакова официально сняли с должности командующего округом, — усаживаясь на стул и глядя на мокрые следы от сапог на полу, ответил тот. — Неудивительно. Дедушка старый, ему уже все равно. Пожить бы спокойно. Еще не худший вариант. Сам никуда не лез и вам не мешал.

— Нам!

— Пусть нам, — миролюбиво согласился Ян. — Кого теперь назначат — очень занимательный вопрос.

— Бывшего командующего Седьмой армией.

— Морозова? А что он собой представляет? Нет, воевать умел, это я слышал. Насчет наших дел?

— Хороший офицер.

Исчерпывающе, подумал Ян и изобразил недоумение.

— С солдатами вежлив и деликатен, — пояснил майор. — С начальством вечно на ножах. Не любили его при прежней власти. Способен выслушивать и учитывать мнения специалистов. Лично не встречался, но отзывы слышал. Послезавтра познакомимся. Твоя задача — обеспечить торжественную встречу. Оркестр, приветствия и бодрый вид военнослужащих.

— А спать я когда буду? — угрюмо поинтересовался Ян. — Мало у меня дел, кроме организации оркестров.

— Производить хорошее впечатление на командира — важнейшее по значимости занятие после хорошей работы. Спать ты сегодня все равно не будешь. — Он бросил на стол бумагу. — Читай!

Ян с подозрением посмотрел на начальника и притянул ее к себе.

— Ого, — сказал с изумлением минут через десять изучения текста. — Это программа правительства?

— Вот именно. Завтра будет во всех газетах. Сегодня прислали для доведения информации личному составу. Лучше уж хорошо обдумать и устроить общие чтения. Хм. Во избежание. Сам-то что думаешь? Только честно!

— Может, просто указания дадите?

— Послушай, Тульчинский, не изображай мне здесь очередного наивного. Я кручусь не хуже тебя, и постоянно чего-то не хватает. Денег, людей, нормальных чиновников, добросовестной полиции. Любые начинания глохнут под криками: «Нет возможности». И заметь, с меня спрашивают, спрашивают и спрашивают. Все недовольны, и никто не помогает. Уж так вышло, что и посоветоваться не с кем. Мне нужен чужой взгляд. Причем нетрадиционный. Понравится мне или нет — дело десятое. Мы говорим откровенно и не с целью выяснить политические взгляды. Ты офицер…

— Хе. Польщен.

— …Есть сомнения, что получишь звание? Мы говорим как товарищи. Выкладывай.

— А то вы не понимаете.

— Тыне понимаешь.

— Так точно, — пробурчал Ян. — Возражения в принципе отсутствуют. Звучит прекрасно.

— Но?

— Это декларация. Очень хорошая и замечательно звучащая. Ее требуется подкрепить делом. Ничего против не имею, но одни общие слова. Меня как-то не устраивает. Не то чтобы вызывало недовольство, но пока ничего конкретного. Вот, читаю:

Кроме слов хорошо бы отменить соответствующие законы, — прокомментировал. — Налоги и суды реформировать. А то двойная подать для иноверцев отменяется? Я не заметил.

— Это будет, — заверил Юнаков. — Проект разрабатывается, но точно могу сказать, дополнительное налогообложение с иноверцев снимут обязательно.

Ян в очередной раз отметил, что звание у майора не шибко большое, но знакомства на самом верху имеются. Уверенно о таких вещах говорить — дорогого стоит. Интересно все-таки, кто его друзья.

— «Второе. Сосредоточение всей полноты власти в руках нации», — прочитал вслух. — Это выборы? А представительство равноправное, по имущественному цензу или всеобщее?

— Нет у меня ответа, — отрезал Юнаков. — Думаю, ни у кого нет. Все будет решаться по ходу. Раз не существует положения о выдвижении кандидатов в Думу, а собрание намечается в будущем месяце, значит, запросто назначим кого угодно. Тебя, например.

— Спасибо, не надо. Образованием не вышел. Я предпочитаю послать майора Юнакова, нагрузив его указаниями. Вроде человек неглупый и лапу наверху имеет. — Последнее было сказано не без умысла. — От лица военных хоть назначим, хоть выберем. А есть у меня еще один неплохой кандидат — доброволец Мурат Клычков.