– Да-а?

– Когда вам повезет, и вы достигните полного просветления, ваши проявления охватят все миры, спасая и освобождая каждое существо без исключения. Это и будет называться Будда Амитабха.

– Да, да, это прекрасно!

– Когда мы размышляем о буддах и бодхисаттвах, в нас автоматически пробуждается огромная преданность и желание следовать Дхарме. – Монах скатился на книжный жаргон школьного учителя.

– Это точно, - с юмором в глазах кивает гость.

– И мы, естественно, начинаем размышлять о том, как отблагодарить тех, кто дарит нам совершенную Дхарму.

– Естественно. – Дилго «задумывается». – Как же мы отблагодарим блаженствующих будд? – Растерянно спрашивает он. – Думаете, в нашем кармане лежит что-то, чего им страшно не хватает?

Барчунг забывает, о чем говорил.

– Смотрите! – Бродяга приглашает хозяина к изображению Авалокитешвары.
– Для этого парня нет ничего слаще родниковой воды. Ему так идет одежды из травы, что наши лучшие наряды - груда хлама, а брильянты ему так же нужны, как светильники в солнечный день. Попробуйте его отблагодарить!

Монах-отшельник неожиданно получает «дополнительный вопрос экзамена, который решает участь».

– Мне кажется, - молитвенно изрекает монах после паузы, расправляя руки перед собой ладонями вверх, как будто на них лежит сокровище морей.
– Если поднести сострадательным всего один цветок, не срывая его, поднести из глубины сердца, как своей невесте, мне кажется, владыки сострадания примут этот дар. И будут искренне счастливы.

Воцаряется тишина. Дилго бесшумно обходит монаха, со всех сторон любуясь несуществующим цветком на его ладонях. Да! Поистине цветок уже здесь, и он реальнее «всего существующего». Авалокитешвара тоже здесь. Его окружают белая и зеленая Тары. Все небо заполнено Буддой Амитабхой. На ладонях монаха – драгоценность, исполняющая желания. Подражая монаху, бродяга соединяет ладони, чтобы на них оказался «несорванный цветок», и преклоняет колено. Монах поет текст подношения мандалы.

Далее под текст подношения мандалы идут роскошные пейзажи, водопады, облака, лебеди, дельфины и самые благоприятные портреты из мира людей.

В заключение практики мы видим, что над домиком отшельника сияет радуга.

Недалеко от дома отшельника стоят два монаха, глядя на радугу. Они шли к Барчунгу Гампо, однако зрелище заставило их остановиться с разинутыми ртами.

Постояв, монахи быстрыми шагами отправляются к дому Барчунга, как если бы хотели показать приятелю радугу, пока та не растаяла.

Дверь дома открывается, на воздух выходит бродяга Дилго. Ученик собрался в обратный путь. Монахи сталкиваются с ним лицом к лицу. Очнувшись от первого шока, они почтительно склоняются перед бродягой, как если б увидели «Будду собственной персоной».

Появляется Барчунг Гампо, он застревает в дверном проеме, не понимая, в чем дело.

Поприветствовав и благословив монахов рукой, Дилго быстро уходит, словно опасаясь, как бы его не «схватили на месте».

Когда бродяга скрывается из виду, монахи позволяют себе выпрямиться и с восхищением смотрят вслед.

– Э, что происходит?! – не понимает отшельник. – Что вы здесь устроили? Кто это?

– Как это кто? – удивлен один из монахов, подходя ближе. – А ты думал, кто?

– Это бродяга Дилго, он учит предварительные практики, - объясняет Барчунг.

Прибывшие монахи переглядываются.

– И давно, – интересуется второй монах, - бродяга Дилго учит предварительные практики?

– Третью неделю. Каждое утро.

– Барчунг!
– окликает первый монах, посмеиваясь. – Это не бродяга Дилго.

– Нет, это не он, - отрицательно крутит головой второй. – Дилго не может так выглядеть.

– Не понял?
– отшельник начинает бледнеть. – Кто же это?

– Патрул Ринпоче.

Отшельник непроизвольно издает цензурный ругательный звук.

– Мы целый месяц ждали Ринпоче в монастыре. Уже думали, что он ушел из наших краев. А он вот где, оказывается!

Оба монаха счастливо улыбаются: у них появился шанс заполучить Ринпоче и его учение.

Отшельник чувствует себя обманутым, обиженно уходит в домик, плотно закрыв дверь. Монахи остаются снаружи и смотрят, как в небе догорает радуга.

Утро. По знакомой тропинке в гору поднимается Патрул.

Возле дома отшельника за кустами притаились два знакомых монаха.

Патрул доходит до домика, стучит в дверь. В ответ не раздается ни звука. Патрул пробует открыть дверь, но она закрыта на засов.

Из-за укрытия появляются монахи. Сложив руки на груди, приклонив головы, они быстрыми короткими шагами подходят к Ринпоче.

– Доброе утро! – здоровается Патрул. – Вы что, не уходили?