«Авами лиг» день ото дня крепла и набирала силы. Городская и сельская буржуазия стала оказывать ей существенную материальную помощь. Соблазн заручиться поддержкой «Авами лиг» прельщает многих оппозиционных лидеров. Панджабский политик, крупный помещик М. М. Даултана, выступавший против Айюб-хана, сколотил в начале 1967 г. блок правых партий, получивший наименование Пакистанского демократического движения (ПДД).

Даултана делает предложение Муджибур Рахману вступить в этот блок. Но Муджибур Рахман не вошел в коалицию ПДД. Участие в этом блоке не сулило «Авами лиг» никаких политических выгод, а лишь сковывало действия организации. ННП тоже не стала сотрудничать с блоком Даултаны. Лидеры ННП заявили, что ПДД служит интересам крупных помещиков и не выступает за осуществление в стране радикальных социально-экономических преобразований; не выдвигается ничего позитивного и в области внешней политики.

Военные власти, говорит Шахидулла Кайсар, встревожены растущим влиянием «Авами лиг». Судя по всему, они готовятся к какой-то акции против этой организации. В последнее время официальная пресса то и дело печатает сообщения, что индийские агенты, проникающие в провинцию, находят убежище в домах активистов «Авами лиг». Губернатор Монем-хан заявил, что «Авами лиг» становится орудием Индии. Изобретаются самые невероятные слухи, за некоторыми лидерами установлена откровенная слежка.

Мои даккские друзья не преувеличивали, когда говорили о готовящейся акции против «Авами лиг». Это уже было в Карачи. Вечером иностранных журналистов пригласили в карачинский департамент печати. Абдул Маджид представляет нам офицера службы безопасности. Раскрыт антигосударственный заговор, готовившийся «Авами лиг». В нем замешаны восточнопакистанские чиновники и военнослужащие. Задаем вопросы. Офицер хитро улыбается.

— Следите за сообщениями в газетах, — говорит он.

События быстро развиваются. В середине января 1968 г. арестован Муджибур Рахман. Вместе с ним в тюрьму брошено более 300 человек. Это бенгальские полицейские, солдаты, матросы, чиновники и активисты «Авами лиг». В специальном сообщении правительства говорится, что арестованные совершали нелегальные выезды на территорию Индии в г. Агартала с целью подготовки заговора. Отмечается, что через индийское консульство в Дакке и другие каналы заговорщики якобы получали деньги, оружие и подрывную литературу. После того как будет проведено тщательное расследование, говорится в заявлении, Муджибур Рахман и его сообщники будут преданы военному суду.

…Мне давно хотелось встретиться с Ахмадом Джасимуддином, этим крупнейшим бенгальским поэтом и драматургом. Но все как-то не удавалось. И не потому, что этого не желал сам писатель. Человек он общительный. Но как ни приедешь в Дакку, его нет в городе. То он в деревнях Майменсингха собирает народные сказки, то у рыбаков на Ганге, то у сборщиков чая и джута. Эти поездки, продолжающиеся неделями, прочно вошли в жизнь писателя, без них он не может жить и творить.

Проста биография Ахмада Джасимуддина. Родился он в 1903 г. в маленькой деревушке Тамбулкхана, близ Фаридпура, в семье бедного сельского учителя, привившего сыну любовь к природе, к простым людям. Здесь он получил начальное образование, а затем поступил в колледж в Фаридпуре. Окончив его, он уезжает в Калькутту и работает в университете. Специализируется по бенгальской филологии, готовит ряд интересных исследований. В конце 30-х годов переводится в Даккский университет, где в течение нескольких лет преподает бенгальский язык и литературу.

Писать Джасимуддин начал еще в студенческие годы. С первого же написанного им стихотворения темой творчества стала жизнь многострадальной бенгальской деревни. Писатель хорошо знает свою страну, труд и обычаи крестьян, их горести и чаяния. Герои его произведений — простые люди, трудом которых создается богатство страны. Уже первые стихи, проникнутые социально-политическими мотивами, полные жизненных наблюдений, обратили на себя внимание прогрессивной общественности. В дальнейшем поэт приходит к пониманию, что путь к новой жизни немыслим без революционной борьбы, без свержения деспотизма и насилия.

Глубоко символично звучат строки из стихотворения «Родина», которое читается на студенческих и рабочих собраниях. Оно призывает всех патриотов сплотиться в борьбе за новую жизнь:

Перу Ахмада Джасимуддина принадлежат такие шедевры, как поэмы «Поле — расшитое покрывало», «Плач земли» (переведенная на русский язык), драма «На берегах Падмы», пьесы «Нежная гирлянда» и «Красавица». Они принесли ему международную известность. В его произведениях звучит протест против бесправной доли женщины в Восточном Пакистане, вся жизнь которой опутана цепями старинных обычаев и религиозных предрассудков. В поэмах «Назир», «Покинутое село» осуждается межнациональная и религиозная рознь, содержится призыв к дружбе, прекращению братоубийственных распрей.

Нелегко застать дома Джасимуддина и когда он в Дакке. Встречи с писателями, консультации для начинающих литераторов отнимают у него все свободное время. Его часто можно встретить на собраниях сторонников мира, на митингах трудящихся в защиту социальных и экономических прав.

Если Джасимуддина спрашивают, как он успевает и писать (а пишет он очень много), и заниматься общественной работой, он обычно отвечает: «Без нее я вообще не мог бы писать».

Но в этот приезд в Дакку мне повезло. Я позвонил ему по телефону прямо домой.

— Приезжайте, — раздался в трубке чуть с хрипотцой голос писателя. — Буду рад видеть.

Я вышел на улицу и остановил такси-мотоколяску.

— Куда вам? — спросил шофер.

Сунул руку в карман пиджака, где лежал записанный на бумаге адрес, но листка не оказалось. Забыл, видимо, на столе в номере.

— К писателю Джасимуддину, — сказал я, — но вот беда, потерял адрес.

— Садитесь, пожалуйста. Кто же в Дакке не знает Джасимуддина!