— Нет, не нужно. Ты прекрасно все делаешь сама. А что, по-твоему, нужно делать с табуном?

— Заняться экспортом генного материала, — быстро ответила Люси. — У нас прекрасный ауткроссный геном, он ценится как минимум еще в пяти мирах, занимающихся коневодством. Все наши лошади имеют замечательные показатели, мы отбираем по силе, резвости, выносливости. Я ввела наши данные на один сайт, хотелось узнать, заинтересуется кто-нибудь ими или нет, и ответ превзошел все мои ожидания. Здесь, на Альтиплано, у нашего семейства прекрасная репутация, и мы спокойно можем продавать живых животных, но из-за высоких пошлин экспортировать выгодно лишь генный материал… вот я бы и занялась этим.

— По-моему, то, что надо, — ответила Эсмей. — И когда, ты думаешь, начнем получать прибыли?

Люси задумалась.

— Не сразу. Мы всегда занимались живыми лошадьми, генный материал для нас вещь новая, поэтому нужно для начала приобрести некоторое оборудование. Все, что я выгадала от продаж после отбраковки, я отложила в специальный фонд именно для этих целей.

— А можно будет продавать генный материал от других семейных табунов и вообще от других табунов на Альтиплано?

— Думаю, да. Может, даже не только от лошадей…

— Тогда я посмотрю, может, можно будет вложить деньги из семейного бюджета на покупку или аренду необходимого оборудования.

— Правда?

— Ну конечно. Почему бы и нет? Ведь если все так, как ты говоришь, польза от этого будет не только для семьи, но и для всей Альтиплано.

Люси удовлетворенно кивнула головой. Она сделала пометку в блокноте, потом вызывающе посмотрела на Эсмей.

— Ты выглядишь хуже, чем в прошлый раз, — сказала она.

— А ты стала менее тактичной, — растерянно ответила Эсмей.

— Это из-за того, что тебе пришлось пережить? — спросила Люси. — Все говорят, что Кровавая Орда — это просто жуть.

— Нет, не из-за этого. — Эсмей уставилась в книгу. — А вообще я не хочу об этом говорить.

Люси склонила голову набок.

— И такой раздражительной ты раньше не была. Что-то с тобой сейчас не то.

Девушка не отставала. Решив чего-то добиться, она становилась похожа на овода, который рвется напиться крови. Эсмей подумала, что способность к тактическому мышлению может проявляться по-разному.

— У меня, были кое-какие сложности. Но тебя это не касается.

— Что ж, я могу пожелать тебе удачи. — Люси прошла от двери к окну, потом снова к двери. — Если бы тебе было столько же лет, сколько мне…— И замолчала.

— Тогда что? — наконец спросила Эсмей.

— Я бы сказала, что ты влюблена, — ответила Люси. — Все признаки налицо.

— Влюблена?

— Именно это сказала Элиза, она думала, никто не догадывается. Но все остальные тоже так думают. Ну что, влюблена?

— Люси!

Как ей объяснишь? Эсмей попробовала другой подход:

— Понимаешь, есть вещи, о которых я тебе рассказать не могу. Про Флот. Иногда там происходят не очень приятные события.

— Эсмей, ради Бога, я ведь выросла в военной семье. Я прекрасно могу отличить военные заботы от личных. Поэтому не надо передо мной притворяться.

— Я и не притворяюсь. Прабабушка умерла, мне пришлось наследовать все поместье, так много разных забот.

Люси снова заговорила о лошадях, около часа они говорили о разных породах, об ауткроссных линиях и так далее. Они вместе вернулись к дому, обсуждая распределение рецессивных признаков в четвертом поколении. У входа в дом с самым что ни на есть невинным видом Люси сказала:

— Кузина, ты хочешь выйти замуж и остаться здесь, как говорил папаша Стефан?

И это в присутствии половины кухонных рабочих и Бертольда, который, как всегда перед едой, забрел на кухню. Все замолчали, пока вдруг один из поварят не выронил нож.

— Я офицер Флота, — ответила Эсмей. — Ты знаешь, я говорила это при всех, что назначу попечителя и подберу наследницу.

— Да, — сказала Люси, — это я знаю. Но ты на Альтиплано меньше недели. Ты можешь передумать, особенно если во Флоте все не так уж прекрасно.

Бертольд фыркнул. Только его смешков тут не хватало, можно обойтись и без них.

— Видишь, какая она, — произнес Бертольд, подхватывая оливки.

— Я проголодалась, — сказала Эсмей. — Попробуйте только меня не накормить….

Она грозно посмотрела на поваров и на Бертольда. Тот погрозил ей пальцем.

— Ты так похожа на бабушку.

— Обед, — решительно заявила Эсмей и направилась в столовую. — Утро с юристами и бухгалтерами, потом Люси. Они высосали из меня последние соки.