— Он? Он бы вывез, — Васин зубами открыл чудом уцелевший коньяк. — Будешь?

— Я за рулем… Маркина, судя по всему, шантажировал прошлым. Это ты его устроил на работу?

— Старик сам жаден до фанеры, особо шантажировать не пришлось. А устраивал отдел кадров. Вам позволите, Леночка?

— Немножко. — Ее колотило, и она застегнула плащ на все пуговицы. — Спасибо.

— На здоровье! — засмеялся Васин. — За ваш союз!.. Мой расстроился, так хоть за людей порадоваться. Не оттолкнули б вы меня, Елена Андреевна, вдруг и я бы хорошим стал! А?

— Перестань паясничать! — сказал Шувалов. — Не был бы ты другим… Не прикидывайся. А почему — тебе разбираться.

— И разбираться нечего. Я хотел жить, понимаешь? Жить, чтобы жить, а не чтобы пахать за других… Чтобы не симулировать великой деятельности, не торчать на совещаниях, не изображать идейно непорочную чистоту. И я жил! — Он расхохотался. — Деньги давали мне свободу и максимум удобств. Мне не надо было считать заработанные рубли, я знаю все курорты страны, знаю наизусть меню лучших ресторанов и не знаю, что такое сидеть на мели… А что видел ты, чистоплюй, на свою зарплату? Мне впаяют, ладно… Но когда-то я выйду и опять заживу человеком! Потому что там, куда вам никогда не дотянуться, меня будут ждать суммы, какие тебе не снились!

— Возможно, — согласился Шувалов. Он тоже сел и устало откинулся на спинку. — Хотя следует учесть одно обязательное «но». Зажить человеком тебе не удастся… Для этого надо им быть, согласись. А перевоплотиться не дано. Так и закончишь дни мелким хищником семейства куньих… Хорьком! И вообще, пора переходить на «вы». И ехать пора. Хотя… Лена, вас не затруднит заварить кофе? — Он виновато улыбнулся ей. — Что-то я обмяк… А дорога сейчас мокрая.

Русанова кивнула, встала и вышла на кухню.

За ночь разнесло тучи, небо светлело чисто и обещало погожий день.

Из своего остекления дежурный инспектор ГАИ заметил приближавшуюся «Волгу», она подъехала и затормозила рядом с постом.

— Доброе утро, — приветствовал вошедший человек, под глазами которого темнела синева. — Майор Шувалов. Из группы Таболова… Мне нужно позвонить. Срочно.

— Прошу. — Инспектор вспомнил, что хорошо бы спросить документы, но назвавшийся майором уже звонил.

— Кто у аппарата? Таганцев? Я Шувалов. Ты не удивляйся, ты слушай! Следую к городу Приморским шоссе. Со мной задержанный и вся партия, три чемодана. Что почему? А-а… Отказал мотор, пришлось чиниться. Хорошо. Хорошо… Жду встречи.

— Вы один, товарищ майор? — Инспектор с уважением посмотрел на машину за стеклами. — Может быть, я…

— Все в порядке, лейтенант, спасибо. Шувалов вернулся к машине и увидел, что Васин спит, полуоткрыв рот. На заднем сиденье, у одного из чемоданов, не вошедшего в багажник, так и не проснулась Елена Андреевна.

Он сел за руль и, бросив в рот сигарету, осторожно тронулся с места.

Приморское кафе под Ленинградом только что открылось. Единственный официант подошел к стойке, за которой натягивала халат дебелая буфетчица, деликатно прикрыл зевок ладонью.

— Все-таки при повышенной кислотности нельзя сухое пить… Изжога замучила, вчера весь вечер, вот здесь, рези невозможные! — Он приложил ладони к боку и скривился для наглядности.

Соды глотни… А я прямо такое удовольствие получила: вторую серию глядела… Ну совсем не ожидала, что сойдутся! Правда, его из начальников цеха в кузнецы разжаловали, зато конструктор от нее отступился. Так она с мальчиком сразу к мужу… Напереживалась я-а… Гляди, клиентов принесло.

Из подъехавшей «Волги» вышла женщина, за ней тесно следовали двое мужчин. Все уселись на легкие стулья.

— Добрый день, слушаю вас, — подойдя, официант небрежно обмахнул столик салфеткой.

— Добрый, считаете? — Один из мужчин, непонятно улыбаясь, взглянул на женщину против себя. — Что прикажете, Елена Андреевна? Чай? Кофе? Шампанское?

Его сосед, отвернувшись, глядел на серую воду залива.

— Я бы минеральной выпила, если есть, — тихо сказала женщина.

И официант, увидев ее усталое и печальное лицо, подумал, что эти клиенты особой выручки не принесут.

— Хорошо. А вы-с? — первый мужчина слегка повернулся к соседу.

— Все равно, — пожал плечами Шувалов. — Можно минеральной.

— Значит, так, — решился Васин, — две… нет, три бутылочки минеральной исполните и бутылку полусухого шампанского.

— Коньячку не желаете? — воспрял официант. — Армянский завезли. Есть миноги! Кроме того, — он оглянулся и понизил голос, — могу предложить дефицит: сигареты «Данхилл», четыре рубля пачка.

— Уговорил! — расхохотался Васин. — Три минеральной, шампанского и блок дефицитных… Гулять, так гулять!

Изображая рвение, официант ринулся восвояси и запнулся: огибая столик, он невзначай опустил взгляд — руки соседствующих мужчин соединяли наручники, на звеньях белого металла играли веселые блики.