Шрифт:
В руке у каждого скарбника бердыш — острый топор на длинной бронзовой рукояти. Мощное оружие для ближнего боя — оно могло служить и мушкетом, если нанести на лезвие сигил Летучей Смерти.
Воины высоко воздели оружие, готовясь открыть огонь по приказу своего короля.
Эрлан-бей только усмехнулся.
Он был уверен, что его шаманы и арбалетчики перебьют коротышек гораздо раньше, чем послышится первый залп мушкетов.
— Мой верный союзник, — отвечал орк, поднимая руку с булавой, — спускайся сюда, и мы все обсудим.
Быстрым легким прыжком он перемахнул борт и оказался на кочке с пожухлой, мертвой травой.
Король Друэг-Наг с недоверием поглядел туда.
Он предпочел бы остаться в летающем экипаже, где мог смотреть на своего верного друга сверху вниз.
Но скарбник понимал, что спорить с орком не стоит, а главное — это сам подгорный просил о встрече и не мог теперь отступить.
— Дык у тебя же там грязно, — с сомнением произнес Друэг-Наг. — Ты бы хоть досочек проложил.
«И ваточкой со спиртом протер, — ехидно добавил про себя орк. — Эх, послал же бог помощничка!»
Скарбник коснулся алого перстня и воспарил над своим летающим экипажем.
В первый момент Эрлан-бей подумал, будто король летит сам, но потом увидел, что ноги Друэг-Нага, в нелепых франтовских башмаках, стоят на небольшом адамантовом круге.
Это была парящая платформа, маленькая, но вполне удобная. Скарбник добрался до островка и завис над ним, по-прежнему оставаясь на голову выше орка.
Тот скрипнул зубами, но ничего не сказал.
Спорить о таких мелочах было ниже его достоинства.
— Ну что, мой верный союзник? — спросил Друэг-Наг, осторожно и тщательно чертя вокруг них двоих руну безмолвия. — Сразу перейдем к делу? Али сперва поговорим об урожае морошки?
Орк махнул булавой и быстро сотворил свое заклинание поверх скарбникова.
Он не доверял королю ни в чем.
— Эки дурни, — тихо похихикивал круль Станислав, прячась в зарослях камыша. — Тоже мне! Руны наковырдячили. А морды-то, морды я ваши вижу и все по губам прочитать могу.
Слайм растекся подальше и вытянул глаза на стебельках, чтобы лучше видеть обоих.
— Костяника созрела, — отвечал орк. — Хороша уродилась. Ежели б ты заране сказал, слуги мои десяток лукошек бы принесли.
«Ишшо бы я ее ел, — подумалось скарбнику. — Ты бы ягоды небось отравил, а не отравил, так помочился бы сверху, морда зеленая».
— К делу перейдем, — сказал Эрлан-бей, — когда соберутся все, а ты расскажи пока, что там за погода в горах.
— Яки все? — развел короткими ручонками Друэг-Наг. — Ты да я, да мы с тобой, вот и собрались.
Тяжелые брови орка нахмурились.
— А где же твои союзники, скарбник? Те, кем ты так хвалился передо мной? Где аршинник Казантул, ганзейский негоциант? Где сестрица его, Настасья? А черный колдун Духарий, о ком ты столько мне начирикал?
Длинные зубы орка сверкнули.
— Так, может, ты соврал мне, мой верный друг? И нет у тебя никаких союзников?
— Ах, как можно?! — заблестел король круглыми очками. — Это же слишком опасно: собираться нам всем, да здесь, на болотах, где каждая кикимора может случайно увидеть нас. Мы с тобой, любезный Эрлан, — дело совсем другое; всем известно, что мы торговлю ведем. А ежели бы все остальные подтащились, грош цена нашему секрету.
Орк прикусил губу.
Разумом он понимал, скарбник, конечно, прав, но звериное чутье подсказывало вождю, что его пытаются одурачить.
— Значит, к делу.
Король потер маленькие розовые ладошки.
Вновь коснулся алого перстня, и вторая платформа отделилась от летающего экипажа.
На ней лежали шесть туго набитых мешков.
3
— Это адамантова пыль, — пояснил король. — Смешана с драконовой серой и высушенными кишками единорога.
— Да ты с ума сошел?! — зарычал Эрлан-бей. — Пыли угольной наглотался? Оно же рванет сейчас, лишь когти от нас останутся.
— Экий же ты у меня трусоватый!
Скарбник захихикал тоненько и противно.
— Али забыл, с кем дело имеешь? Да мы веками горы взрываем, шахты в скалах прокладываем, и ни один, заметь себе, не погиб.
«Как же, — злобно подумал орк. — Видел я трупы, что вы в нашем болоте топите; то руки нет, то ног обеих, а то и вовсе ошметков каких-то в трясину понакидаете».