Для сравнения выпишем семь максим Франсуа де Ларошфуко и семь афоризмов Козьмы Пруткова. Их темы:

1. Молчание.

2. Старики.

3. Хитрость.

4. Претензии.

5. Толпа.

6. Сходство.

7. Похвалы.

Ларошфуко [315]

1. Тому, кто не доверяет себе, разумнее всего молчать.

2. Старики потому так любят давать хорошие советы, что уже не способны подавать дурные примеры.

3. Хитрость и предательство свидетельствуют лишь о недостатке ловкости.

4. В людях не так смешны те качества, которыми они обладают, как те, на которые они претендуют.

5. Порядочные люди уважают нас за наши достоинства, а толпа — за благосклонность судьбы.

6. Порою человек так же мало похож на себя, как и на других.

7. Уклонение от похвалы — это просьба повторить ее.

Максимы Ларошфуко основываются на жизненном опыте автора, в его афоризмах поражают удивительная зоркость наблюдений и способность спрессовывать их в чеканную словесную формулу.

Не уверен в себе — молчи…

Ловкач все обстряпает и без обмана или предательства…

Претензии на то, чего нет, смешнее того, что есть…

Уважать человека не за его достоинства, а за случайную благосклонность фортуны — типично плебейская черта…

Все это — серьезные сентенции. Ничего комического в них нет. Они не смешат, а, напротив, вызывают почтение своей проницательностью.

Есть среди приведенных максим и такие, которые заставляют нас поражаться остроумию автора.

Старики оттого советуют хорошее, что не могут уже грешить…

А каков человек, который «так же мало похож на себя, как и на других»? Отзываясь об оригинале, обычно утверждают, что он ни на кого не похож. Но если при этом, как у Ларошфуко, он не похож и на себя самого, то — спрашивается — какой же он оригинал?..

Наконец, психологическая сентенция о любви к славе. Действительно, избегающий похвал не всегда делает это из скромности или равнодушия к славословию. Часто в подобном уклонении таится утонченное тщеславие.

Итак, наблюдения Ларошфуко в высшей мере серьезны. Нашу радость вызывает их оригинальность, а улыбку — острая игра ума.

Теперь возвращаемся к герою настоящего жизнеописания.

Прутков

1. Что скажут о тебе другие, если сам ты о себе ничего сказать не можешь?

2. Иного прогуливающегося старца смело уподоблю песочным часам.

3. Говоря с хитрецом, взвешивай ответ свой.

4. Никто не обнимет необъятного.

5. Не будь цветов, все ходили бы в одноцветных одеяниях!

6. Добрая сигара подобна земному шару: она вертится для удовольствия человека.

7. Поощрение столь же необходимо гениальному писателю, сколь необходима канифоль смычку виртуоза.

Первый афоризм пытается спровоцировать молчуна; автор пребывает в уверенности, что о людях судят исключительно по их собственному мнению о себе.

Второй афоризм — всего лишь производная от метафоры о старике: из него песок сыплется.

Третий и четвертый — утверждение самоочевидного.

Пятый — производная от образа: «серая толпа». И снова то, что разумеется само собой.

Шестой афоризм — сравнение. При этом остается за кадром: каким образом кружение земного шара может вызвать удовольствие у человека, если он этого кружения даже не замечает? Непонятно, зато смешно. А смешно, потому что смешано.

Седьмой афоризм — напрашивание на похвалу; при этом, естественно, под «гениальным писателем» Козьма без всякой ложной скромности имеет в виду себя самого.

В отличие от классических образцов афоризмы Пруткова, как правило, привлекают внимание вовсе не проницательностью или положительным остроумием. Их новизна в том, что они забавны главным образом тем глубокомыслием, с которым высказывается очередная банальность. Прутков неистощим — любую жизненную ситуацию он готов объяснять с помощью избитых формулировок. Улыбку читателя вызывает не тупоумие его сентенций (как казалось опекунам), но претензии на глубину и серьезность. А, согласно Ларошфуко, в людях особенно потешны как раз их притязания на то, чего они не способны достичь.