Хотя после разговора с ним, придется и его… Отправить на долгие курсы повышения квалификации. Пока еще его тело найдут?

Нежелательные свидетели мешают всем.

Каким магнитом меня затянуло в Интернет-кафе, не знаю. Несколько своих выходных потратил на то, чтобы доказать самому себе, что мне, все это совершенно безразлично и к себе уже не манит. Даже кофе там пил. Уходил сразу. Зашел и вышел. И вдруг, как будто силой завели и посадили перед монитором.

Когда сел за клавиатуру… Набрал свои пароли, и другую лабуду для выхода к данным. Так полегчало… Что и сказать тяжело… Ни с чем несравнимое чувство…

Хотя сравнить через пару минут было с чем. Оттого, что я там прочитал, меня так тряхнуло, как будто я свои пальцы, как любитель наблюдать большие звезды, сунул в розетку, и, 220 вольт, не заставили долго ждать…

Забыв даже заплатить за услуги, я поплелся на выход. Правда, меня нагнали на улице, я им сунул ворох бумажек не считая, они видать подумали, что я под кайфом и отстали. А я по любимой русской традиции поплелся в близлежащее питейное заведение. Там в баре пришлось крепко обдумать прочитанное…

Перешел улицу и уже на разноцветном облаке. Сразу заказал бутылку местного сорокаградусного продукта и пачку крепчайших «Житан» без фильтра. Не курящему, такое курить, это очень серьезное испытание, поверьте мне. После затяжки выдохнуть уже не чем… Резкий спазм, клещами зажимает легкие и носоглотку экстремала.

А курить я бросил после того, как в «анатомичке» вскрывали одного симпатягу, помню, вши на нем были злые, как собаки. Видно поэтому и запомнил.

Увидел тогда легкие курильщика во всей красе… В черно-бордовых язвах… Свисающие лохмотьями старой, истрепанной, половой тряпки. Запах они распространяли гниения и тлена. От одной мысли, что во мне, точно такая красота, стало тоскливо и одиноко. Я еще тогда фотографию спившегося Эрнеста Хемингуэя в свитере и с трубкой, отдал одной достойной женщине. Чтобы даже вид трубки, не вызывал воспоминаний о счастье первой затяжки…

Опять куда-то не туда меня занесло…

Я ведь хотел поделиться впечатлениями, как в баре, рядом с той точкой во вселенной, где я попал в Интернет… Как в достойном во всех отношениях питейном заведении, за хорошие, полновесные деньги, мне удалось плохо нарезаться.

Когда к этому делу подходишь без души. Когда по бездушному пространству кошки скребут… Навернул пару добрых рюмок… или бутылок… И сиди, кури одну за одной, трезвея, злясь и кляня судьбину.

Все это происходило потому, что я таки накаркал беду. Много было сообщений на мое имя. Я покопался в своих интернетовских штучках и… чуть пальцем не проткнул клавиатуру.

На фотке, которая была приложена к одному из сообщений, на меня сурово смотрел и в фас, и в профиль, мой нынешний бестолковый воспитанник Стас-Терминатор.

Заказчик был ознакомлен с его добрачным именем и фамилией, Николай Коломиец. Что интересно, указывалась и его уголовная кликуха, погоняло «Рысак» и другие интересные подробности из его жизни. Например та, что «достойные и уважаемые люди» склонны думать, что это именно Рысак, помог некоему воровскому авторитету «Мордану», быть похороненным с дыркой во лбу…

Мне это сообщили в надежде, что меня эта информация заставит с большим рвением взяться за это дело? Посчитали своим? Так, что ли?

Этим сюрпризы из ящика не заканчивались.

Другое сообщение, было знакомо по стилю передачи информации. Ранее у меня было уверенность, сегодня перешедшая в убежденность, что графоман-заказчик представляет интересы «гебе» или их смежных структур. Но то, что он тесно связан с ними, в этом сомнений не было.

В полученном сообщении, мне передавался пламенный привет с наилучшими пожеланиями. Чуть ниже, по тексту привета, срочный заказ с пометкой, чем быстрее, тем больше сумма гонорара. С этим нетерпеливым заказчиком, я сталкивался и по решенным делам в Питере, и в Сибири, и даже в нефтяной промышленности. Тогда удалось остановить будущего хозяина всей нефти страны, он так и остался, подающим на это надежды…

Заказчик из «гебе» доподлинно знал все координаты фигуранта.

Я их тоже знал.

Он жил в соседней комнате и частенько одалживал у меня, а я у него, всякую ерунду. Да и выпивали уже вместе неоднократно.

Еще он там, с моим земляком, разучивал песни про мороз, и, что особенно меня растрогало, про «Люди в белых халатах». Землячек с железными руками, наверное эти песни переводил по своему усмотрению, т. к. хохот после каждого куплета стоял гомерический.