– Сейчас уйдем, я Олю заберу. Пусть Ника умоется. Все уже готово. Ее ждали.

– Мне понадобятся твои хлопушки. Поделишься?
– спросил Алик.

– Конечно. Тебе и сумка понадобится. Я дам настоящие.

Ника без слов поняла, чем она должна заниматься. Алик пошел за Дмитрием разорять его арсенал.

Дмитрий отдавал ему команды вместе с частью вооружения:

– Так. Вот еще хлыст возьми, пара ножей. Плащ возьми, прикрыть все это. В сумке - четыре хлопушки, они одинаковые, осторожно, на крайний случай. Кресалом пользоваться умеешь? Умел когда-то. Все равно потренируйся, воздух влажный, ночью особенно. Уходите без меня. Я заберу Матон, без слуг она не уйдет, так что в лодке на всех мест не хватит, мы прибудем вечером. С сигналом на маяке Ники что?

Алик был удивлен его быстрым реакциям, длинной речи, живости на лице и вопросу, потому ответил с заминкой:

– Маяк сработал правильно. Был патруль. Как Геликс рассчитал, с ошибкой. Все погибли кроме одного, и это - Хёйлер. У нас всех метки красные. Куда мы отсюда - только Эл знает. У меня вариантов нет. Ей зачем-то очень нужен местный человек, не сказала. Может быть, ты найдешь? Мне спокойнее будет.

– Она искала связь между Матон и каким-то провидцем по имени Мельзис, за ним она уехала их города. Скорее всего, он может слышать корабль, поэтому Геликс молчит. А Пелия она увезла, потому что на мальчишку хотят свалить будущее подстрекательство к бунту против фараона. Он какой-то родственник Александру Великому, потомок. Она сделал так, чтобы точно следовать своему видению. По ее замыслу в конце у нас должно что-то получиться. Не мешай ей.

– Она согласилась, чтобы я ее подстраховал.

– Это не лишнее. Мне тоже будет спокойнее.

– Ты как? Отошел от вчерашнего?

– Не совсем. Как увидел мышку, хотел в фонтан башкой макнуть раз десять, чтобы думать научилась, умылась бы за одно.

Алика не возмутило это замечание, а заставило улыбнуться. Беспристрастность его друга испарилась, что можно считать добрым знаком. Он даже употребил порзвище, которое дал когда-то Нике, и был, воистину, как в прежние времена зол на нее.

– Да, - коротко сказал Алик, собрался уходить, но вспомнил, что хотел сообщить.
– Я сам доставлю девочек в гавань, мы нашли лодочника, которого ты нанял. Можешь хоть сейчас идти к Матон. Не знаю, что вы с Эл придумали, но спорить у меня сил нет. Я двое суток не спал. А почему нам на борт нельзя не знаешь?

– Не знаю, - сознался Дмитрий вполне искренне.

Дмитрий спешил к Матон, но когда добрался, понял, что Эл уже побывала здесь ранним утром. О событиях визита ему сообщила сама Матон.

Она спала, сон был чутким, с рассветом она просыпалась несколько раз, засыпала снова. Ей почудилось, что она опять ощутила Мельзиса. Едва он соприкоснулся с ней и позвал, в пространстве ее видения вдруг появилась Елена, с той легкостью с какой приходят духи. Она сидела на краю ее постели у ног Матон. Вид у нее был какой-то торжественный.

Елена улыбалась, а Матон поняла, что не спит. Матон приподнялась на локтях, она не хотела бы, чтобы кто-то видел ее вот так, после болезни, после сна.

– Откуда ты пришла?
– спросила Матон все еще сомневаясь в реальности ситуации.

– Я пришла со стороны царских садов.

– Сейчас там солдаты, - предостерегла Матон.

– Я пришла за помощью, в которой ты отказала мне в прошлый раз. Мне нужен Мельзис.

– Я снова чувствовала его. Я не могу, я обещала хранить тайну.

Вдруг из-за полога показалась фигура, и Матон поняла негласный приказ: "Молчать".

Едва она снова перевела взгляд на Елену, образ девушки напротив захватил ее внимание, и Матон почувствовала свободу.

– Ты его знаешь, Матон?
– спросила она.

Он был высокий и очень худой, когда откинул ткань с головы. Матон сочла его красивым, потом не могла решить: известен ли он ей или нет. Снова посмотрела на него и снова почувствовала приказ.

– Так вы знакомы?
– в голосе Елены сквозило подозрение.

Матон схватила себя за голову.

– Я не могу понять: снитесь вы мне или нет, знаю я вас или нет. В вас обоих есть что-то фальшивое. Вы будто ненастоящие.

Елена обернулась к незнакомцу.

– Подожди меня снаружи, - попросила Елена, и высокий человек ушел. Она опять обернулась к Матон.
– Значит, этот облик ты не знаешь, но влияние - определенно.

Она подсела ближе и ласково взяла Матон за кисть.

– Кто такой Мельзис, Матон?
– спросила Елена, склонив голову на бок.

– Нет. Я не могу о нем говорить.

– Можешь. Ты ничего не нарушишь. Ты только что видела того, кто много лет внушал тебе от имени Мельзиса. И он не Мельзис. Не стоило доверять свое сознание тому, кого ты плохо знаешь. Я избавлю тебя от этой связхи, а ты поможешь мне. Ты знала настоящего Мельзиса. Как он выглядел? Где он?