– Почему же не в Музеум?
– подозрительно посмотрев на Солона, спросил Нкрума.

– Дело тут не во врачевании. Она откуда-то знает, что у нас хранятся знаки богов.

Нкрума снова вытаращил глаза. Он поборол первый порыв и сказал:

– Нужно сделать копию. Я найду похожий кусок кожи и обработаю его должным образом.

– Она готова его отдать в обмен на то, чтобы посмотреть знаки.

– Нет. Нельзя. Зачем это женщине?

– Видишь ли, у меня подозрение, что здесь все необычно. Видел бы ты ее так называемого друга. Таких нанимают охранять царей. Она сама необычная, окружение у нее необычное.

– Я хочу ее увидеть, - потребовал Нкрума.

– Это не трудно. Я ожидаю ее сегодня. Она придет.

– Позови меня.

Вскоре Солон привел Нкруму в перистильный двор, где гулял прохладный ветерок. На море еще было волнение и ветер разгонялся вдоль прямых улиц от моря и приносил сюда запахи порта. Елена ждала их там, на одной из дорожек, среди цветника. На сей раз она была одета более изысканно. Голубой хитон подвязанный плетеным поясом, волосы убраны в прическу на александрийский манер. Странная цепочка, необычного плетения украшала ее шею, то что подвешивалось на цепь было скрыто в складках ее одежды. Женщины, обычно не прячут украшения. Широкий наборный браслет из цветных камней украшал запястье. На плечи был наброшен большой платок с набивным рисунком по краю.

Солон поздоровался с Еленой и представил Нкруму. Писец внимательно осмотрел спартанку, та понимающе позволяла ему это, уголки ее губ чуть приподнялись.

Нкрума смотрел откровенно придирчиво.

– Зачем тебе то, что ты просишь?
– очень строго спросил Нкрума.

– Почему я должна говорить?
– в ответ холодно спросила она.

– Это невозможно, - тут же возразил Нкрума.

Эл перевела взгляд на Солона, тот никак не реагировал.

– Вы мне отказываете?
– спросила Елена у Солона.

– Почтенный Нкрума считает, что рукописи, которые ты хочешь увидеть, доступны только избранным, - сказал Солон.

– И кто является избранным, по местным понятиям?
– спартанка уже с недоверием посмотрела на обоих.

Оба молчали. Нкрума вздернул подбородок. Ему не понравился вопрос, но манеры этой женщины соответствовали краткому описанию, которое дал Солон. Нкрума доверял его впечатлению. И он согласился бы с тем, что женщина выдает себя за спартанку. Видимо потому, что издавна и по это время женщины у спартанцев обладали независимостью.

Их молчаливое противостояние закончилось тем, что Елена присела и пальцем на мелком песке дорожки нарисовала знак. Потом она поднялась и не взглянув на мужчин пошла прочь.

Нкрума глянул себе под ноги.

– Постой!
– остановил он Елену.
– Я еще не сказал: нет. Если ты откровенно скажешь, зачем тебе это знание, я помогу тебе. Но не более, чем решу сам.

– Для этого мне нужна табличка и стилос. Я объясню, - сказала она.

Нкрума посмотрел на нее с интересом.

– Нам нужно посовещаться. Елена, пройдись вдоль колоннады, - попросил Солон.

Она послушно удалилась. Солон склонился к Нкруме и заговорил тихо:

– Ты ведешь себя странно. Ты меняешь свои мнения. Что она о тебе подумает? Она умна. Она заметит, что мы колеблемся и начнет дальше диктовать условия.

– Она уже все сказала.
– Нкрума ткнул пальцем в знак.

– Ты знаешь, что он означает, - без тени вопроса сказал Солон.

– Ты тоже знаешь, - заявил в ответ с тревогой Нкрума.
– Она жрица Астарты. Если она знает такой символ, она знает многое.

– Она при мне уже рисовала другие знаки, - сказал Солон.

– Ты не упомянул об этом, - заметил в ответ Нкрума.

– Что ж. Мы медлили с ответом. Эйдике нет. Мы должны принять решение. Ты как главный смотритель, я как жрец и распорядитель. Плату она не требует.

– Я попробую ее проверить, заодно пойму, как глубоки ее познания. Я не совсем понимаю, что именно она хочет увидеть?

Нкрума жестом позвал Елену, едва она подошла он строго заявил:

– Я пойму, если ты лжешь. Если ты лжешь, я потребую твою жизнь. Если ты упорна настолько, чтобы ею рисковать - иди за мной.

Нкрума двинулся через двор к месту своей обычной работы - в зал, где хранились редкие документы. Острым слухом он уловил легкие шаги за правым плечом. Девушка шла за ним. Угроза не подействовала. Солон верно ее описал.

Уже под вечер Эл возвращалась тем же путем, через перистильный двор на площадь. Она шла в задумчивости, с чувством легкой усталости. Эти стены, свет, размеры помещений невольно напомнили ей видение, ту часть, где она повстречала Гая. Скала, колоннада, вид с высоты. Смерть. Она не забыла те мгновения отчаяния, которые пережила внутри видения. Бессилие. Мысль сама собой перешла на Дмитрия. Как иначе? В сердце была надежда, что загадочная родственница Эфроима сделает для ее друга то, что она не смогла.