Гигантские подносы с рубленым мясом тарантулов и крыс. Стеклянные чаши с долгоножками и липкими клещами. Внушительные крюки с насаженными на них змеями, летучими мышами и козлиными головами.

Неожиданно для себя Филипп почувствовал глубокую благодарность Мортимеру за черствый хлебушек. К счастью, Демеона попросила их купить волчатины, которую Филипп очень уважал.

Сатина скрылась за дверью магазина, а Филипп отвернулся от витрины. Парочка дьяволов на противоположной стороне улицы сразу повернулись к нему спиной. Но они продолжили жаркую дискуссию, а один из них указывал куда-то хвостом.

Ведомый любопытством, от которого слегка крутило в животе, Филипп пошел в указанном направлении, прекрасно зная куда.

Повернув за ближайший угол, Филипп увидел его — переливающийся в бликах вырывавшихся из-под земли языков пламени памятник себе.

— гласила надпись на бронзовой табличке, если не принимать во внимание исправлений, сделанных рукой неизвестного злоумышленника.

Сам двухметровый памятник был отлит из меди.

Филипп был увековечен в наброшенном на плечи плаще, одна его рука упиралась в бок. Другая, поднятая вверх, потирала шишку на лбу. Лицо замерло в суровой мине, губы сжались в тоненькую ниточку, черные глаза пристально глядели вперед. Вид его внушал страх, а шишки на лбу были значительно больше, чем в жизни.

— Совсем на меня не похож, — пробормотал Филипп и быстро засунул руки в карманы. Перед этим он стоял упершись одной рукой в бок, задумчиво потирая лоб.

Памятник отличался от оригинала и по другим причинам, которых было множество.

Кто-то подрисовал ему усы и загнул кончик носа кверху как поросячий пятачок. Помимо того, что статуя была перепачкана кровью, ее облепили остатки тухлых яиц и помидоров. Одно яйцо угодило прямо в лоб, на жаре оно испеклось, так что теперь со лба неприглядным головным убором свисала яичница-глазунья.

Прописную «А» из фамилии Филиппа исправили на строчную, вся последняя строка была зачеркнута, вместо нее какой-то невежда нацарапал: «Грязный чиловечишка!»

— Не знаю, кто за всем этим стоит, но как только мы обнаружим преступника, сразу отправим его к черту на рога, — произнес знакомый голос рядом с Филиппом.

— Люцифакс! — радостно воскликнул Филипп.

Черный кот Люцифера ответил ему улыбкой:

— С возвращением, Филипп!

— Кажется, ты совсем не удивлен, что я вернулся. Ты знал…

Люцифакс кивнул.

— Хозяин рассказал, что ты гостишь здесь… по соседству, я видел тебя мельком сразу после того, как ты прибыл. Ты меня, кстати, тоже, только не догадался, что это я. Как поживаешь? — спросил кот прежде, чем Филипп успел разобраться, что означали его слова о том, что они видели друг друга.

Филипп кивнул в сторону памятника.

— Бывало и лучше.

— Не принимай близко к сердцу. Просто мелкие пакости, Филипп, ничего серьезного.

— А я как раз слышал обратное, — возразил Филипп.

На это Люцифакс промолчал.

— Так и думала, что ты здесь. Привет, Люцифакс. Видишь, кто к нам вернулся!

К их обществу присоединилась Сатина. В руках у нее был сверток с покупками.

— Речь о вас обоих, насколько я понимаю, — сказал кот. — Ты ведь тоже давно не появлялась дома.

— Ты знаешь, где мы были? — удивилась Сатина.

Люцифакс кивнул.

— И знаешь, что мы там делали?

Кот снова кивнул.

— Мне все известно. И я, как бы так сказать, принимал посильное участие в этом предприятии.

— Как? — спросил Филипп. Его осенила одна мысль, и он украдкой бросил взгляд на лапы кота. Они были меньше, чем следы, обнаруженные у Смерти в лесу. Или казались меньше?

Когда Филипп был бойскаутом, им рассказывали, что следы всегда имеют больший размер, чем сама нога или лапа. Может, следы принадлежали ему?..

— Меня попросили об одной услуге, — продолжил кот. — Чтобы избежать беспокойства и лишних вопросов.

— Чьих вопросов?

— Твоих родителей в том числе.

Люцифакс обращался к Сатине.

— Моих родителей? — она озадаченно замотала головой. — Что ты имеешь в виду? Судя по их поведению, я как будто вовсе никуда не уходила.

— Именно это я и хочу сказать!

Сатина была в полной растерянности, но Филипп внезапно догадался, о чем толковал кот. И что он имел в виду, сказав, что Филипп тоже видел его, только не понял этого. Кот Дьявола Люцифакс, как и темптаны, обладал способностью к перевоплощению.