— Ну-ка, давай... сморкайся. Мне нужно съездить домой, позвонить медсестре. А ты, Сандра, останешься здесь за старшую...

— Не командуйте, — норовисто вздернулась Сандра.

Эйбел проигнорировала выпад девочки.

— Ангел скоро не придет за Стивом, как за папой? — всхлипнул Тетти.

— Конечно нет! Мы его ни за что не пустим. — Она взяла Тетти за руку. — Пойдемте вниз. — И добавила: — Мне следует поторопиться.

— О чем бы ты ни попросила, ответ будет «нет», — услышала Эйбел голос Стаси. — Суббота, ночь на дворе, и у меня свидание. В конце концов, я имею право на личную жизнь.

— Конечно, Стаси, не только имеешь, ты заслуживаешь... Но то, что я тебе скажу, очень серьезно. Заболел Десмонд. У него жар: то ли лихорадка, то ли воспаление легких. Он все время бредит и белый как полотно. Стаси, умоляю, приезжай. Пока мы с тобой разговариваем, он может умереть. Там дети одни... Я должна вернуться к ним прямо сейчас...

— Что не сделаешь для лучшей подруги, — вздохнула Стаси.

— Спасибо, — крикнула Эйбел, положила трубку на рычаг и бросилась в спальню.

Она достала из шкафа большую дорожную сумку, затолкала в нее одеяло, подушку, белье. Отправила туда же домашнюю аптечку. Потом подумала, что неплохо прихватить кое-что из холодильника.

Вернувшись из кухни назад в спальню, переоделась. Темно-синий брючный костюм из плотного джерси и любимого ею палевого цвета джемпер из тонкой шерсти она сменила на толстый шерстяной свитер, синие джинсы и теплую лиловую куртку с капюшоном.

В суматохе она забыла предупредить Батла, которому обещала устроить праздник. Она вспомнила о старике, когда уже выехала на дорогу, ведущую к усадьбе Десмондов. Но возвращаться не стала.

Свет фар вспарывал темноту, выхватывая из нее очертания кустов, деревьев. Вот мелькнул почтовый ящик Десмондов... Сейчас будет поворот... Дороги? Судьбы?

Пройдя в гостиную, она увидела, что дети сидят у камина. Сандра что-то читала вслух. Тетти с раскрытым ртом внимательно слушал.

У Эйбел отлегло от сердца. Слава Богу! Дети в порядке. Она поставила свою громоздкую сумку на пол.

Сандра, оторвавшись от книги, настороженно следила за ней.

— Вы к нам насовсем? — спросила она Эйбел и указала на сумку.

Эйбел вздохнула. Сандра бывает невыносимой, но она столько хлебнула горя в свои десять лет, что язык не поворачивается сделать ей замечание.

— Вы заходили к Стиву? Как он?

— Спит, — буркнула Сандра.

— Я поднимусь, посмотрю... Стаси будет минут через сорок.

Стараясь ступать как можно тише, она осторожно открыла дверь и прислушалась. Дыхание Стива было ровным, спокойным.

Может, обойдется? Она постояла еще немного и вернулась к детям.

— Вам пора спать. Сейчас я согрею воду для умывания, — сказала им Эйбел и отправилась на кухню.

Сандра наотрез отказалась ложиться, а Тетти доверчиво протянул ей свою ручонку.

Умыв его над раковиной, она повела мальчика наверх. Комната, в которую они вошли, была тоже пуста: на полу — спальные мешки, у окна — деревянный ящик, очевидно заменявший детям письменный стол.

— А где же ваши вещи? — удивленно спросила она Тетти.

Тот охотно объяснил:

— Когда здесь все доделают, ну, стены... Как это называется?.. Ну все, понимаешь... привезут мебель. У меня будет своя комната, у Сандры своя. И мы распакуем свои вещи. Они там, в коробках, в другой комнате. Только Сандра говорит, что это ни к чему, потому что все равно скоро приедет мама и увезет нас. А я не хочу уезжать. Я хочу быть, как Стив. Знаешь, какой он сильный?

Эйбел помогла Тетти надеть пижаму. И когда он забрался в свой спальный мешок, присела на краешек ящика рядом с ним.

— Эйбел, не уходи, хорошо? — попросил мальчик. — Знаешь, кем я буду, когда вырасту? — Тетти замолчал и мечтательно посмотрел в потолок.

— Кем же ты хочешь быть, малыш?

Лицо Эйбел светилось мягкой улыбкой.

Он перешел на таинственный шепот:

— Когда я вырасту, я, как Стив, буду золотоискателем. Только я не поеду ни в Индию, ни в Непал. Больше всего золота на Севере, застолбишь там участок, заведешь собачью упряжку...

Глаза мальчика закрылись сами собой, но засыпая, он все же пробормотал:

— Еще потребуется...

Эйбел посидела немного, любуясь румяным личиком Тетти. Так бы засыпал ее сын... Что ж, видно, такая моя судьба. А может, у меня еще будут дети?

Эйбел осторожно, чтобы не разбудить мальчика, встала. Она оставила свет — вдруг Тетти проснется — и направилась вниз.

Дойдя до спальни Стива, она хотела было заглянуть к нему, но передумала, услышав шум подъезжающей машины.

— Мне ужасно жаль, что пришлось вытащить тебя, — сказала Эйбел, встречая на пороге в пух и прах разодетую Стаси.