Наконец, обойдя весь замок дважды, я остановилась. Медведя нигде не было.

Я разозлилась. Какое он имел право расхаживать на воле, оставляя меня взаперти! Наверное, я выглядела глупо, и счастье, что я не нашла медведя, иначе наговорила бы ему лишнего и он съел бы меня.

Обеденное время прошло, но я не чувствовала голода, мне не хотелось ничего из того, что наверняка ожидало меня в комнате с темно-красным диванчиком. Тогда я вспомнила про станок и больше не колебалась.

Я начала ткать полотно с рисунком, изображающим поле около нашей фермы: весенняя зеленая трава, а на ней лиловые ирисы и бурлящий ручей на переднем плане. Думаю, это будет одной из лучших моих работ. Вдруг я услышала какой-то звук. Я повернулась: белый медведь лежал на ковре неподалеку и смотрел на меня черными глазами.

Я принесла мягкокожего мальчика в Ульдр и записала в Книге:

Готово. Наконец он здесь, и радость моя невыразима.

Но отец в ярости. Он говорит, что нужно вернуть мальчика.

Я напомнила ему, что смерть есть смерть и в Зеленых Землях, и в Ульдре.

–Тогда ты будешь наказана, – говорит он. – Ты не сможешь иметь то, что украла, пока не выполнишь ряд моих условий.

Я никогда не видела, чтобы отец так сердился. Но я не беспокоюсь. Условия будут выполнены. И я получу то, что хотела.

После приезда Гаральда Сорена все произошло очень быстро.

Зара начала поправляться. С каждым днем она крепла, вскоре стала садиться с нами за стол, ела с аппетитом. Доктор сказал, что, возможно, она всегда будет легко простужаться, а больше волноваться не о чем. Маминой радости не было предела, но она никогда больше не говорила мне, что выздоровлением Зары мы обязаны белому медведю.

Отец и Сорен проводили все время вместе над картами, планами и схемами.

Однажды вечером они вошли в гостиную, и по их лицам сразу стало ясно, что произошло нечто важное. Отец прокашлялся и сказал:

– Было решено… что… Ну, скажите им, Гаральд.

– Конечно. Суть в том, что мы открываем для Арни собственное дело. Изготовление карт.

Мама радостно вскрикнула, Зорда и Зара подбежали к отцу, стали его обнимать и целовать. Я остался на месте, но радостно улыбнулся отцу. Сорен рассмеялся и продолжил:

– Я пытался убедить Арни, что вам всем нужно переехать в Тронхейм. У меня там есть великолепный домик, который вам очень подошел бы. И я живу совсем рядом… Но ваш отец и слышать не хочет о том, чтобы уехать с фермы. Никак не могу понять, почему он упрямится.

Я-то знал почему. Из-за Роуз. Отец хотел, чтобы все было так, как до ее ухода.

– Честно скажу, я бы предпочел, чтобы работы велись в Тронхейме, – продолжал Сорен. – Но согласен немного подождать. Мы прикинули, как можно увеличить кладовую, чтобы у Арни появилось нормальное рабочее место. Как только я вернусь в Тронхейм, я закажу все, что нужно, и доставлю сюда.

За обедом Сорен и отец подробно рассказали нам о своих планах.

– Вы знаете, какую удивительную штуку изобрел ваш отец? Он назвал это «маршрутной картой». Я хочу, чтобы он начал их выпускать в больших количествах. Вряд ли я сильно ошибаюсь, ведь в этих картах заложены потрясающие возможности.

Мы все, как и большинство наших соседей, хорошо знали папины карты. Он вырезал их на узких деревянных дощечках – по ним было легче справляться, чем по огромным пергаментам, да и срок службы у них был несравненно дольше. На этих деревянных картах указывались ориентиры, перекрестки, изгибы дорог и прочее. Они идеально подходили для коротких путешествий по дорогам между деревнями. За годы жизни на ферме отец сделал множество карт близлежащих земель.

– Я даже составил контракт. – Сорен протянул листок бумаги. – По нему Арни будет получать добрую половину любых доходов, какие смогут принести его маршрутные карты.

– Тебе придется много ездить? – спросил я отца, зная, насколько тот не расположен к путешествиям.

Отец кивнул.

– Да, придется, – ответил за отца Сорен. – Я настоял на этом. Моя цель – составить карту всей Норвегии. – Он рассмеялся. – Знаю, знаю. У меня большие амбиции.

Я удивился, что отец так легко принял это условие, учитывая его сильную нелюбовь к дальним поездкам. Но потом он объяснил мне:

– Я надеюсь найти Роуз.

– Тогда я поеду с тобой, – выпалил я.

– Нет, – твердо сказал он. – Ты должен остаться и позаботиться о семье. Вы с Виллемом будете вести дела на ферме. Сорен предложил упрощенный план сбора будущего урожая, так что работы будет меньше. Еще он пообещал достать свежих семян и новых лошадей для вспашки земли.

Итак, не успели мы опомниться, как работа над папиной мастерской закипела, а сам отец уехал в первое путешествие вместе с Сореном.

Спустя несколько недель прибыла повозка с ящиками, в которых находилось все, что было необходимо для производства карт. К собственному удивлению и радости, я обнаружил среди чернил, пергамента и инструментов несколько книг для себя. Наверное, отец рассказал Сорену о моем увлечении наукой. И я снова с восхищением подумал о доброте и щедрости этого человека, превратившегося в нашего ангела-хранителя. Нам очень повезло.