Телохранитель преданно смотрел на новое начальство, выражая молчаливую готовность в любой момент продолжить разговор. В той или иной форме охранника заставили рассказать о смерти Посредника уже раз десять, и он успел запомнить все возможные вопросы и свои ответы на них. Почему Егерь, наверняка читавший отчеты, снова возвращается к этим событиям, телохранитель тоже понимал: менеджер хотел посмотреть в его глаза, послушать голос и окончательно решить, стоит ли доверять бойцу.

— Где проходила встреча?

— В месте, которое указал Посредник. В его мобиле. Мы контролировали район.

— Разговор записывался?

— Нет.

— Всадник пришел один?

— Один и без оружия. Мы просветили его наноскопом и уверены на сто процентов: он был чист.

Тем не менее вскоре после беседы Посредник умер. Был убит.

— Уточните, что вы имели в виду, написав в отчете «разорвали горло»?

— Только то, что написал, — развел руками телохранитель. — Посреднику не перерезали, а именно разорвали горло. Когтями или зубами… эксперты до сих пор не могут понять, как именно.

— Разорвали? — уточнил Егерь.

— Разорвали.

— И никаких следов?

— Мини-диск с записью Петры, который Посредник должен был передать Фадееву, был разломан, раскрошен… Еще мы нашли небольшое отверстие, ведущее из салона в моторную часть мобиля. — Телохранитель замялся. — Я уже говорил и писал в отчете: отверстие то ли прогрызенное, то ли проломанное.

А горло разорвано. Егерю не нравилось то, что он слышал. Прочитав отчет и поговорив с телохранителем через «балалайку», менеджер предложил Ассоциации избавиться от охранника. Слишком уж много странных деталей сопровождали смерть Посредника, и объяснить их можно было только предательством. Ассоциация посоветовала не торопиться, переговорить с человеком лично. Егерь послушался, посмотрел на телохранителя лично и теперь был уверен, что охранник ни при чем. Судя по всему, он не допустил ни одной ошибки.

Но кто же убрал менеджера?

— Получается, Посредника загрызли мыши?

Телохранитель отвел взгляд. Егерь вздохнул. «Ладно. Расследование чуть подождет, сейчас есть более важные дела».

— Мы должны продолжить переговоры с Фадеевым, передать ему запись, — без перехода сменил тему менеджер. — У тебя есть подготовленная точка для встречи?

— Конечно.

Охранник вскинул голову, в его взгляде Егерь увидел облегчение: неприятные расспросы закончились, он снова в обойме…

— Тогда…

Включившийся коммуникатор заставил менеджера оборвать фразу на полуслове и удивленно замереть: голос вышедшего на связь сотрудника Ассоциации срывался:

— Егерь! У нас большие проблемы!

— Три минуты до станции! — Чтобы было лучше понятно, Сопля поднял три пальца. — Три! Поезд стоит в «Тэксе» сорок секунд, будут грузить четыре вагона. Времени полно!

— Нас не засекут?

Это спросил Петруха, которому не нравился придуманный Николаем Николаевичем способ проникновения в Урус. Петруха дергался и нервировал братьев. Тимоха, услышав голос брата, скривился, хотел цыкнуть, но Сопля опередил старшего Бобры.

— Наш вагон остановится напротив нужного коридора. Постов здесь нет, видеокамер тоже, дежурный находится с той стороны состава. Вы просто выходите и идете своей дорогой.

— И приходим к Звиаду? — скептически закончил Петруха.

— Приходите в коммуникационный тоннель, который идет параллельно подвалу базы. — Сопле наверняка осточертели бесконечные расспросы младшего Бобры, но он побаивался братьев и отвечал на каждую реплику Петрухи предельно вежливо. — Все, что вам останется, — пробить стену. У вас же есть план.

— Есть у нас план, есть, — проворчал Тимоха. — Спасибо, что предупредил о времени, Сопля, а ты, Петруха, заткнись. Готовимся!

Экспедитор кивнул и прошел в следующий вагон. Петруха недовольно пробубнил что-то и уселся на сумку со снаряжением. Митроха, не проронивший ни слова с тех самых пор, как Бобры спустились под землю, дотянул сигарету и раздавил окурок о стену. Нравился ему план или нет, спорить со старшим он не желал.

А вот Тимоха в отличие от братьев сразу оценил блестящую идею Николая Николаевича проникнуть в Урус на грузовом поезде и восхитился ее гениальной простотой. Метрополитен принадлежал муниципалитету Анклава, его сотрудники имели статус корпоративных служащих, держались за свои места и старались не связываться с бандитами. Но как, к примеру, менеджер-экспедитор грузовых составов первого класса Андрей Соплин мог отказать в мелкой просьбе Бобры, с которыми он вырос на одних улицах? А особенно, если просьба подкреплена приличной суммой в юанях? Да и то, что братья шли именно в Урус, сыграло свою роль: не любили этот район немногим меньше, чем Шанхайчик. Никак не мог отказать. Помог. И карту коммуникаций раздобыл, с помощью которой подтвердилась догадка Николая Николаевича, что через метрополитеновские коридоры можно выйти к базе Зузинидзе, и с пилотом поезда договорился.