– Поторгуешься с Магистром. Как-никак, символ императорской власти.

– Это шутка?

– Ты, что, правда, не понял? По всему кольцу тауро-граммы! Это обручальное кольцо королевы Запределья. Думаешь, Арси просто так перед твоей подружкой на задних лапах выхаживал? За красивые глаза? У тебя на пальце без пяти минут императрица! А на моем мизинце рука и сердце господина Таура, этой дамочке предложенные.

– Ну, Кирка дает, – цокнул языком Ронни, – Золушка навыворот, из дворца – на свалку!

– Всегда говорил, что от неустроенных теток одни неприятности, – сорвался Инсилай, – сперва Айка пакостила, теперь эта зараза эстафету приняла, кто там следующий, интересно знать?

– Поживем – увидим, – философски сказал Дью, – мы тут совсем рядышком с гаремом, если что, там этих теток бесхозных немеряно.

– Вам бы спрятаться получше, а не по гаремам шляться, – проворчал Инсилай.

– Нам? – переспросил Ронни. – А ты куда?

– Кой-какие дела остались в крепости, – Волшебник не стал вдаваться в подробности, – доделаю и вернусь.

– Чтоб по твоему возвращению не играть в прятки, мы будем вон там, – сказал Дью, указывая куда-то вглубь сада, – за полянкой шикарное дупло, оно даже волшебство экранирует. Мы от греха тебя там подождем. Придешь – свистни.

– Ага, – пообещал Илай. – Три зеленых свистка. Не перепутаешь.

– Ты будешь смеяться, но я сегодня видела Алису, – бросив на стол тяжеленную корзину, сообщила Наталья, – точнее, ее старшую сестру.

– У Алисы нет сестры, – между делом заметила Лика, – ни старшей, ни младшей. Может, это была ее мамаша, она хорошо сохранилась.

– Это вряд ли, девице от силы лет пятнадцать. Альвер-тина, не тащи в рот что попало, – не отрываясь от беседы, провела воспитательную работу Наталья, отгоняя Тинку от корзины. – Во-первых, корень мандрагоры очень ядовит, а во-вторых, он же не мытый! Подхватишь какую-нибудь холеру, чихнуть не успеешь.

– И где ты ее видела? – Лика, почти уверенная в том, что подруга обозналась, спросила только для очистки совести.

– В доме Локи, – спокойно сообщила Наталья.

– Какой дьявол понес тебя в дом Локи? – удивилась Лика.

– Мне показалось, я видела Инсилая, – неохотно призналась Наталья.

– Так, – Анжелика подозрительно покосилась на Наташку, – ты свой вояж через сколько баров проводила? Что-то у тебя сегодня день видений.

Альвертина хихикнула и, стащив таки из корзины горсть вишен, шмыгнула под кухонный стол. Конечно, поесть можно было, и сидя на стуле, но она боялась, что ее из кухни выставят, а трофей отнимут.

– Никаких баров, – огрызнулась Наташка. – Все куда хуже. Он оказался девицей.

– Ага, – Лика озадаченно смотрела на подругу, пытаясь понять, что привело подругу к столь странным видениям: вчерашние круассаны или сегодняшняя икра из муравьиных яиц. – И как он… она тебе показалась?

– Кто? – удивилась Наталья.

– Инсилай.

Ты дура. Я ж тебе говорю, он оказался не он, а девица, ужасно на него похожая. Один в один. Те же волосы, та же кошачья походка, те же жесты… ну, разве что чуть пониже ростом и в плечах узенькая, но на ней была такая хламида и каблуки, что сразу было не разобрать. Да и видела я ее только со спины.

– И что дальше? – заинтересовалась Анжелика.

– Что-что, я, конечно, пошла за ней.

– С рынка? – уточнила Лика.

– Нет, я заходила в банк.

– Ладно, к черту банк, что дальше?

– А ничего. Эта красавица пробежалась по самым дорогим магическим лавкам, что-то прикупила и, как к себе домой, вернулась во дворец Локи.

– А Алиса?

– Что Алиса? А, Алиса ее встречала, как родную. Как раз тогда я и разглядела, что Инсилай вовсе не Инсилай, а Алиса в одночасье повзрослела года на три.

– Только не говори, что мы пойдем к Локи, – вздохнула Анжелика, устало присаживаясь на краешек табурета, – я его чудесами уже сыта по горло. Инсилаевыми фокусами тоже.

– Может, тогда пообедаем? – подала из-под стола голос Альвертина. – У меня уже живот к позвоночнику прирастает…

– Не волнуйся, – успокоила зловредная Наталья, – до того момента пока эта сказка станет былью, должно пройти не меньше десяти дюжин обедов. И все без твоего участия.

– Я у вас здесь умру от голода, – заныла Альвертина, – это издевательство.