Она отбросила простыню и обнаженная, с распущенными светлыми волосами и сверкающими зелеными глазами, выглядела как прекрасная воинствующая Амазонка!

– Ты очарование! Твоя грудь достойна кисти Микеланджело! Да, она крупная, но какой изумительный абрис! Высокая, с маленьким упругим соском, она просто очень красивая! Но ведь есть ребенок.

– Ребенок! Да разве ему нужен наш ребенок?! Я не могу к нему вернуться. Малышка пока у мамы… а я потом поживу с ней на вашей, на нашей… квартире на Чехова… Левочка, хорошо?

– Ты просто смеёшься надо мной, маленькая насмешница! Но хочу вам напомнить, Алла Ильинична, что я у вас в долгу.

– Нет, нет, нет! Это я у тебя в долгу… Господи! Как хорошо, что ты у меня есть! – она протянула к нему обе руки, и они снова оказались очень близко вместе на его широкой белой постели.

25

Артур почти всю дорогу бежал, пока добрался до квартиры брата на канале Грибоедова. Тяжело дыша, в самых расстроенных чувствах, какие только может испытывать человек, потерявший внезапно близкого друга и которого преследуют, преследуют ни за что, но с одною ясною целью – арестовать и посадить в тюрьму, он позвонил в звонок интеркома при парадном подъезде. На его счастье ему тут же ответили и открыли входную дверь. Он пришел как раз, когда его сестра Анна Львовна с мужем Григорием Павлович собирались уйти от Генриха Львовича.

– Заходите, возвращайтесь, господа! У меня есть сообщить вам нечто совершенно потрясающее! – на нем не было лица, а сплошные красные и белые пятна и расширенные сверкающие глаза.

Все в тревоге вернулись в дом.

– Что ещё!? – почти в ужасе воскликнула супруга Генриха Львовича Мария Григорьевна, растрепанная, неприбранная и совершенно потерявшаяся в этом Содоме.

– Только что погиб Федор. Дядя Федя… преданный водитель отца. Это случилось у меня на глазах. Его убил следователь Мартынов…

– Что?!
– хором вскрикнули все и тень ужаса пробежала по лицам присутствующих.

– Генрих, почему ты не остановил процесс?! Анна, где ваши связи?! Где адвокат Бергман, черт возьми!?

– Да подожди не кричи, расскажи, что произошло.

– Нет, братец, прежде ты объясни мне, что здесь происходит! Ты выглядишь точно клоун! Скоморох! Только хочется плакать на твоем выступлении! Ты же адвокат! Адвокат или нет?!

– Я адвокат по недвижимости, деловым договорам…

– Да знаю я, знаю… Но почему ни с кем не проконсультировался, не попросил вмешаться? Федора убили! Дико, по–зверски, когда он хотел всех нас спасти!

– Да расскажи ты толком, что произошло! – резко остановила его Анна Львовна.

Артур бросился в широкое мягкое кресло в гостиной квартиры Генриха Львовича и закрыл лицо руками. Все ждали. Анна Львовна подала стакан воды. Артур выпил залпом. Через минуту он, как будто, успокоился и рассказал им всё, что пережил в этот день.

– Он преследует всю семью,- мрачно произнесла Анна Львовна, – и он не успокоится.

Все погрузились в молчаливое обдумывание ситуации.

– Почему? Почему? – всплеснул руками Генрих Львович, – Вот чего я не понимаю!

– Он ищет деньги. Большие деньги, господа! – весомо произнес Григорий Павлович.

– Возможно… а возможно он ищет нас… – раздумчиво произнес Артур, более всех склонный к художественной интерпретации событий,– помните Фридриха Дюрренматта? Его трагическую комедию «Визит старой дамы»?

– Причем здесь театр?! – раздраженно воскликнул Генрих Львович.

– А притом, братец, что этот Мартынов разыгрывает перед нами, а по–настоящему втягивает нас, в некий психологический спектакль, где каждому отведена своя роль! Спектакль жуткий. Как и «Визит старой дамы». Я вот только ещё не понял, кто стоит за этим натуральным, что называется, он лайн, действом. Может быть, сам наш гениальный папаша? Его скоропостижная смерть и немедленная кремация тела, вызывают у меня подозрения! А не пытается ли наш «Большой брат», оставаясь за кулисами, вызвать среди его наследников конфликтную ситуацию, со страшным призраком смерти, преследованием членов семьи, диким напряжением всех чувств и эмоций, что бы понаблюдать за нами и, в конце концов, узнать, кто действительно любил своего отца, а кто только ждал его наследства. А, как вам мой сценарий? – Артур с кривой улыбкой уставился на брата, его глаза лихорадочно горели.

Присутствующие онемели от предложенной их вниманию версии. Да и трудно было переварить в одночасье столь резкий переход от настоящей трагедии к некой пошлой комедии, с потугами на серьезность.

– Господь с тобою! – махнул на него рукою Григорий Павлович,– честное слово, Артур, ты не пьян ли?

– Да ты же сам видел бездыханное тело отца… и заключение врача! – вскричал Генрих Львович, – Артур, я понимаю, тебе нужно отдохнуть, выспаться, ты переутомился, пережил сумасшедший день… – тут он запнулся и с удивлением и даже опасением посмотрел на сестру, – Артур, дружочек, а может, мы обратимся к доктору… ну к этому…

– Психиатру? Не дождетесь! – нервно выкрикнул Артур и, поднявшись с кресла, каким–то странным подозрительным взглядом осмотрел всех.

Может быть в его глазах действительно блеснуло безумие, а может быть и нет, но Анна Львовна вздрогнула и внутренне напряглась.

– А может вы все здесь заодно?! Нашли козла отпущения!? А? Навесите на меня отцеубийство и запрячете в психушку! – он обвел воспаленным взглядом присутствующих, – а денежки папашины разделите потихоньку и выйдите чистыми из воды…