Шрифт:
Гаарс поднялся, поклонился принцу и подал Рэми руку. Но встать почему-то не удалось. Почему-то потемнело перед глазами, и уже через мгновение, Рэми вновь упал к ногам Мира. Бросился к нему Тисмен, побледнел вдруг и закричал:
– Гаарс, выведи мальчика! Через те двери! Быстро!
Но Гаарс не успел.
Марнис, младшее божество Кассии, почти и не удивился, когда в его пещере появился новый гость.
– Приветствую тебя, брат. Решил меня навестить? Не много ли чести?
– Вижу, что не слишком ты устроился, - презрительно ответил мужской голос.
– Воняет здесь... темно... не понимаю.
– Что тут понимать?
– усмехнулся Марнис.
– Аким умер, я остался, а мой культ за смерть героя сравняли с землей.
– Я давно говорил тебе - осторожнее играй с Виссавией. Аким был все же ее...
– О нет!
– прошипел Марнис.
– Ты чего-то не помнишь! Аким был грязным, оборванным мальчишкой, дурным и никому не нужным. Аким пришел ко мне ублюдком, не знающим отца, а героем, гордостью Виссавии, сделал его я! И что получил взамен? Аким сумел восстановить культ нашей милой сестрички, но его последователи разорили мой. Воняет? Да потому что святые источники завалили трупами моих жрецов! И даже на то, чтобы их убрать, сил мне теперь не хватает...
– А направлять судьбу Рэми - хватает?
– Каждый из нас хочет выжить.
– А ты еще пытаешься и отомстить.
– Я не мщу. Я восстанавливаю то, что принадлежит мне. И не с помощью Рэми, а с помощью его драгоценной Аланны.
– Мстишь...
– перебил его Радон.
– Но должен тебя разочаровать - выиграет все равно Виссавия. И твой культ будет восстановлен. Не так, так иначе. Я даю тебе слово. Мне дороги вы оба. И вы помиритесь, хотите вы того или нет. Даже герой Аким не стоит ссоры между богами.
Глава восьмая. Брат
Широко распахнулись украшенные резьбой двери. Поднялся с трона принц, низко поклонились телохранители, Гаарс и Рид, и только Рэми беспомощно сидел на ступеньках трона, как рыба выброшенная на берег хватая ртом воздух.
"Успокойся!
– раздался в голове голос Тисмена.
– Он так всегда действует в первый раз на мага... Подчинись, не сопротивляйся и станет легче..."
Кто "он"? Рэми закрыл рот рукой, сдерживая порыв к рвоте, глотнул воздух, и согнулся пополам, все так же не в силах перестать задыхаться:
– Вирес, помоги ему!
– приказал чужой голос.
От расплывающейся перед глазами группы людей отделился один в темно-синем плаще. Он подошел к Рэми, опустился перед ним на колени, коснулся ладонью щеки юноши и прошептал:
– На меня смотри...
Рэми с трудом поднял взгляд. Полыхнуло синее сияние в глазах архана, знакомо наполнила душу чужая, непонятная сила, подчиняя, и Рэми вдруг стало легче.
– Подойди, Рэми!
– властно приказал чужой голос.
Рэми послушно встал, благо, что сил теперь хватало, и, опустив глаза в пол, подчинился, отчаянно пытаясь притушить горевший в душе страх.
Только у одного человека в Кассии может быть столь густая аура силы, только один человек в Кассии может заставить Рэми дрожать, как лист на ветру одним только взглядом... Только перед одним склоняется в поклоне даже наследный принц. Перед повелителем.
И согласно давнему обычаю, упал Рэми перед Деммидом на колени, видя лишь носы ларийских сапог, да край украшенного серебряной вышивкой синего плаща.
– Можешь встать!
– ровный приказ.
И не угадать по тону: милостив? В гневе ли? А угадать было необходимо: Рэми почему-то знал, что повелитель явился в это зал ради него.
– Посмотри на меня!
Рэми посмотрел. Глаза повелителя не горели синим - Деммиду не надо было вызывать свою силу, она всегда его окружала, - но поразило Рэми не это.
Как же похож, оказывается, Мир на своего отца! Тот же упрямый взгляд, те же синие, пронзительные глаза, те же каштановые волосы и тонкие, сложенные в язвительную усмешку, губы. И все же это не Мир. Мир родной, знакомый и... близкий. А этот - чужой, холодный, жесткий. Беспощадный.
– Жаль тебя, - неожиданно мягко сказал повелитель, да вот только не совсем для Рэми предназначалась та мягкость.
Все это делалось ради наследника, чтобы его убедить, а Рэми... его судьба уже была решена. Рэми читал ее в холодном взгляде повелителя, в чуть изогнутых в презрении уголках губ. И понял, что пропал.
– Давно не видел я такой силы, но рожанин не может быть магом. Так решили боги. Рожанин-маг должен умереть, - Рэми сглотнул.
– И так решили боги. Только ради Мира я отдам тебя не Эдлаю, а жрецам: пусть они сделают из мага-рожанина слугу богов. Но большего даже я сделать не в силах.