Шрифт:
– Караульные разбирают оружие. Вскрывается ящик с боеприпасами. Всем выдают дополнительные патроны. Выставляют часового у караульного помещения.
– И все?
– Все. Потом обычно подают команду «Отбой».
– Отрабатывал ли караул упражнения по отражению нападения на объект?
– Нет, такого при мне ни разу не было.
– И никому это не кажется странным?
– Как я понимаю, никто из нашего начальства не опасается нападения на базу. Вся охрана рассчитана на грибников и лосей.
– Инте-ре-сно, – протянул Кесоян и энергично потер подбородок. То, что он узнал от сержанта, в корне меняло его представления о профессионализме людей, с которыми он познакомился, изучая досье в центре «Восток – Союз». – Ну а специальное подразделение для усиления караула в чрезвычайных обстоятельствах, надеюсь, существует?
– Нет.
– Вы о нем не знаете или его нет?
– Если бы было, я бы знал…
– Как расположены посты на территории базы? Сколько патронов выдается каждому часовому? Есть ли какие-то особые сигналы на случай, если из строя выйдет централизованная система сигнализации?
Еще никогда в жизни Елизаров не подвергался такому строгому экзамену. Вопросы следовали один за другим. Елизаров потел, тер лоб рукавом, наливал и пил воду, с тоской поглядывая на гору бутербродов. Кесоян не давал передыху, а намекнуть о своем желании казалось неудобным: не байки травили в курилке – денежное дело делали.
– Какая глубина озера у западного берега? У восточного? Сколько вышек выходит на берег? Можно ли снять какой-нибудь пост без шума?
Наконец, последовал вопрос, которого Елизаров ждал с самого начала разговора: где самое слабое место охраны базы, ее ахиллесова пята?
– Есть такое место, – сказал он, не скрывая торжества. – Но без меня его не пройти.
Кесоян понимающе усмехнулся.
– Мы обо всем договорились, дорогой. Вы в этом деле первая фигура со всеми вытекающими последствиями. Итак, где же это место?
– Ливневый сток. Он выходит в озеро и закрыт решеткой. Решетка на обычном замке. Сигнализации ни на решетке, ни в канале нет. Существует пять выходов на территорию через колодцы. Самый удобный – в бойлерной.
– Так, так, – оживился Кесоян. – В этом что-то есть.
– В этом есть все, – сказал Елизаров убежденно. – По стоку можно пройти внутрь базы. Я встречу группу в бойлерной. Останется снять караул.
– Возможно это?
– Вполне.
– На чем основана такая уверенность?
– На обстановке. Раньше в армии служили по-настоящему. Теперь кто тянет лямку, а кто дослуживает. Офицеры рвутся уволиться, пока их не поперли в шею по сокращению. Пока молоды, можно неплохо устроиться на гражданке. Простаки поняли, что их заставили служить вместо умников, которые огинаются по институтам и университетам. Короче, вместо равенства одним выдают автоматы, другим – дипломы. Вот и не стало желающих служить как надо.
– Мы проработаем ваш вариант. В числе других, – сказал Кесоян, охлаждая энтузиазм Елизарова. – Теперь скажите, кто заведует складом с элементами систем управления?
– Это седьмое хранилище. Им командует прапорщик Лыткин. Леонид Андреевич.
– Вы сумеете познакомить с ним Клыкова?
– Постараюсь.
– Когда построена база?
– В шестьдесят пятом.
– Откуда вы это знаете?
– У нас в клубе есть стенд, там описана история части.
– Можно установить, кто вел гидрогеологические изыскания и проектирование?
– Не знаю, не интересовался. Но выяснить можно. В крайнем случае спрошу капитана Баркова.
– Кто это?
– Наш ветеран. Технарь.
– Попробуйте, только аккуратно.
– Постараюсь. Можно еще вопрос?
– Задавайте.
– Скажите, почему вы мне сразу доверились? Без проверки?
– Почему сразу? – спросил Кесоян, вставая. Он подошел к железному шкафу, открыл дверцу и извлек оттуда автомат Калашникова со складным прикладом.
– Какая марка?
– АКМС, – определил Елизаров.
– Так вот, дорогой, он куплен за десять тысяч у одного человека…
– Все, – сказал Елизаров. – Вопросов нет.
5. Москва
Арам Осоян приехал в Москву в дурном настроении. В электричке к нему подсел старичок – тщедушный, с узким венчиком жидких седых волос вокруг восковой лысины. Посмотрел на могучие плечи Арама, на его пышную «кастровскую» бороду и спросил: