— Надеюсь, мы будем здесь счастливы…

В ее голосе мне послышалась едва уловимая печаль.

— Мы постараемся, — пообещал я.

Я вдруг почувствовал себя молодым и полным сил.

— Вот и приехали! — объявила она, свернув на идущую под уклон, к морю, дорогу, и остановила машину возле приземистого, длинного белого здания, в архитектуре которого ощущался легкий налет мавританского стиля. Казалось, его выстроили недавно, и выглядело оно немного нелепо, как декорация.

Маленькая, смугленькая, черноволосая служанка взяла мою дорожную сумку и скрылась в доме. Я последовал за Дианой к открытому портику, выложенному голубой майоликовой плиткой, и мы вошли во внутренний дворик, где среди растений и цветов стояли низенькие столики с фруктами, удобные диваны и кресла с мягкими подушками. Потом мы углубились в лабиринт коридоров. Стелла Диана распахнула одну из многочисленных дверей. За ней оказалась залитая солнцем комната, обставленная очень просто: белая кровать и два кресла.

— Тебе здесь нравится? — ее взгляд был полон лукавства.

— Мне нравишься ты.

— Сейчас проверим, — усмехнулась Диана.

Я привлек ее к себе и поцеловал. Ее рот был горячим и нежным.

Проснулся я далеко за полдень. Солнце уже ушло из комнаты. Воздух за окном был еще светел, море искрилось бликами. Я взял часы со столика у кровати.

— Четыре часа, — возвестила Диана.

Я обернулся к ней:

— Я думал, ты еще спишь. — Она лежала ко мне спиной, и я провел ладонью по этой бронзовой спине, заставив Диану повернуться. — Ты настоящее чудо.

— Ты тоже замечательный парень, — усмехнулась она в ответ. — Напористый, сильный и нежный. Дай мне закончить кое-какие дела, а потом мы пойдем искупаемся. Вода в этот час чудесная.

Я взглянул на небо. С приближением вечера его краски становились все гуще. Но меня по-прежнему смутно беспокоило это здание, построенное совсем недавно: смущали его архитектурная вычурность и холодный лоск обстановки, словно скопированной из журнала по интерьеру. Интересно, это собственность Дианы или она сняла его? В любом случае дом должен был стоить целое состояние. Я оделся и прошел в гостиную. На стене цвета слоновой кости висела картина Давида Лигара, изображавшая морской берег: песок, море и небо. Мне было знакомо это полотно, оно выставлялось на аукционе, и из-за него в свое время развернулось настоящее сражение. Вернувшись во двор, я взглянул в сторону моря и увидел Стеллу Диану, плывущую в прозрачной, изумрудно-зеленой воде.

Она заметила меня и замахала руками. Я спустился по каменной лесенке, ведущей в маленькую бухту, и пошел ей навстречу.

— Не хочешь искупаться? — спросила Диана, завернувшись в голубую махровую простыню.

— Пожалуй, нет.

— Ты готовить умеешь? — ошеломила она меня внезапным вопросом.

— Все, что я умею, — это поглощать приготовленное другими, — ответил я. — В этом искусстве мне нет равных. — Ладно, я приготовлю что-нибудь для нас обоих, — улыбнулась она и начала первой взбираться по лесенке.

Вернувшись в дом, Стелла Диана быстро сделала салат из латука, моркови, помидоров, огурцов и маслин.

— Горячее еще не готово, — сказала она и принялась укладывать маленькие шарики сыра моццарелла на блюдо, устланное свежими листьями базилика и тонко нарезанными ломтиками помидора.

— Ну как?

— Волшебно.

Я, конечно, польстил ей, но не слишком. Все и впрямь было прекрасно. Я вообще предпочитал простую пищу, особенно летом.

Мы обедали за кухонным столом, как старые друзья. Розовый вечерний свет заливал стены. Я налил нам обоим чудесного кьянти из бутылки, которую Диана поставила на стол.

— Ты чудо, — сказал я, глядя на нее с восхищением.

— Ты это уже говорил, — засмеялась она. — Искусство обольщения — штука сложная. Придумай что-нибудь новенькое, пусти в ход фантазию.

— Хочешь, пойдем куда-нибудь? — спросил я.

— Глупо было бы делить тебя с другими, — ответила она с грустью. — Праздники и без того коротки.

— Ни один праздник не длится вечно, — согласился я. — Иначе он не был бы праздником.

В розоватом полумраке ее глаза казались особенно глубокими.

— Наш праздник закончится завтра, — огорошила она меня внезапным известием.

— Почему именно завтра? — встревожился я.

— Завтра приедет мой муж, — спокойно сказала Диана.

— И давно ты приберегаешь для меня такую новость?

— Я сама только недавно об этом узнала. Можешь рассердиться, если хочешь.

— По-моему, это не тот случай, — вежливо отказался я, — но, может быть, мне уже пора ехать?