– Ты сеяла ветер и удивляешься, что приходится пожинать бурю! – резко ответил барон. – Ты сама подала пример и нечего возмущаться, если другие ему последовали! Но мне кажется, что ты ошиблась! – прибавил он. – Всадник возвращается по дороге, ведущей от Гронингейма, а он к Геллигу очень расположен и вряд ли даст его в обиду!

– Я вижу на поводу порожнюю лошадь! – озабоченно заметила Полина, вглядываясь вдаль. – Не случилось ли с кем-нибудь несчастья?

– Да, ты права, – согласился Рихард, также рассмотревший всадника, оказавшегося конюхом.

– Что случилось? – крикнул барон, когда конюх поравнялся с ними.

На поводу у него была рыжая лошадь, которую Полина тотчас же узнала.

– Альманзор! – воскликнула она.

– Что с лошадью? – повторил Рихард, полный неприятного предчувствия.

– Свихнула плечо! – ответил конюх.

– Этого еще недоставало! – неприятно пораженный, заметил барон, подходя ближе к лошади. – Но правда ли это? Проведите ее!

Конюх тронул свою лошадь и рыжая заковыляла рядом с нею.

Сомнения не было: лошадь, вчера еще стоившая полтораста червонцев, сейчас годилась только на живодерню.

Барон горестно вздохнул, и смущенная Полина спросила его:

– Что такое, дядя?

– Скверная история для тебя: лошадь погибла!

– Но неужели ничего нельзя сделать?

– Только заколоть ее!… Владелец, разумеется, не возьмет лошадь обратно, а ты должна будешь не только возвратить всю полученную за нее сумму, но и уплатить большую неустойку! Но дело, конечно, не в сумме; я согласен был бы сам заплатить вдвое, лишь бы этого не случилось!

– Ах, я тоже! Все это ужасно неприятно!

– Да, чертовски скверная история! И я бы желал, чтобы человек, так хорошо понимавший твои чувства, избавил тебя на будущее время от подобных штук! – саркастически прибавил барон.

– Зачем ты меня мучаешь? – нетерпеливо воскликнула Полина. – Нехорошо это с твоей стороны, потому что ты один из всех окружающих знаешь, как я страдаю!

– Вот как? Я не знал этого! – не сдавался барон Рихард, притворяясь непонимающим.

– Я тебе ничего не говорила, поэтому ты и поступаешь так со мной! Ты хочешь, чтобы я созналась в своей неправоте?… Так слушай: да, да, я сознаюсь в своей неправоте и глубоко раскаиваюсь! – сказала Полина, уже не удерживая слез, давно просившихся вылиться из глаз.

– Наконец-то! – с облегчением произнес Рихард. – Борьба была жестокая, как видно, но я рад, что мне даже не жаль бедного Альманзора!… Раскаяние – половина исправления, и если бы ты поговорила с Геллигом…

– Ни за что! – пылко воскликнула Полина… – Мы все равно не уживемся под одной крышей, мне спокойно, когда его нет. Мне только жаль, что я его так поспешно уволила, не справившись, есть ли у него возможность что-либо предпринять!

– Человек с его познаниями везде найдет себе дело! – успокоил барон. – Я постараюсь уговорить его перейти ко мне!

– К тебе? – изумилась Полина. – Да, в твоих огромных поместьях для него найдется большой круг деятельности! Тогда он сможет жениться на своей белокурой Гедвиге, которую он называет кротким ангелом! С нею он будет жить спокойно, без треволнений, и никогда не вспомнит о другой…

Тут барона словно осенило, и он понял, что происходило в сердце Полины.

– Конечно, что может быть лучше преданной любящей жены! – заметил Рихард. – Это единственные цепи, которые соглашается надеть на себя сильный и гордый мужчина!…

– А что делать той, которой небо не дало способности подчиняться? – спросила она.

– Ей нужно выходить замуж за такого человека, как Альфред, и перемениться с ним ролями, то есть захватить верх!

– Сегодня – дурной день! – вздохнув, заметила Полина, беря дядю под руку и прижимаясь к нему. – Я причинила много неприятностей и себе и тебе! Но нет худа без добра: из всего я вынесла хороший урок и твердо решила не выходить замуж за Альфреда. О, дядя, как много надо сил и терпения, чтобы усмирить мою пылкую натуру!… И как я должна любить и бояться того человека, за которого выйду!

– Хвала сегодняшнему дню! – воскликнул радостно изумленный барон. – Хоть и поздно явилось признание, но все-таки явилось! За такую цену я готов вытерпеть всякие неприятности, даже готов перенести разрыв с Геллигом!… Наконец-то ты убедилась, что Альфред не годится для тебя как опора!

Полина еще крепче прижалась к дяде.

– Кроме тебя мне не нужно никакой опоры! – сказала она. – Я никогда не выйду замуж! До моего совершеннолетия с меня довольно Блендорфа! Ты будешь давать мне советы, Блендорф будет исполнять мои приказания, таким образом, скипетр будет находиться в руках у самого лучшего правителя.