–  Да, простите, я забыла, - извинилась Катя, она сняла медальон, который носила на шее под платьем, и протянула его Штерну.

Поверенный открыл медальон, вынул из кармана складной нож, подцепил им краешки обоих портретов и вынул их.

–  Все правильно, - подтвердил он, достав аккуратно сложенные листочки бумаги, лежащие под портретами.
– Вот здесь ваши счета в банках Лондона, а здесь - в банках Вены.

Штерн показал оба листочка Кате, затем свернул их и положил обратно в медальон, поставив портреты на место.

–  Эти записи сделаны только для вашей страховки, - продолжил он, - мои партнеры в Лондоне и Вене и без этих бумаг имеют всю информацию и введут вас в курс дел, помогут оформить в банке чековые книжки и начать использовать счета.

Поверенный протянул медальон Кате.

–  Дайте мне метрику и свидетельство о смерти отца, я оформлю вам паспорт на выезд в Англию как графине Бельской, сироте. Свидетельство о венчании лучше не показывать, иначе нужно будет подтверждать согласие мужа на ваш выезд из страны.

Штерн встал, подождал, пока Катя принесет ему необходимые документы, и откланялся, оставив ей десять тысяч рублей на расходы и пообещав прислать в дом кухарку и еще одну горничную.

Прислуга, присланная Штерном, прибыла к вечеру. Уже через два дня нежилая квартира сияла чистотой и уютом, мебель была начищена, градины и ковры выбиты, на кухне и в столовой сверкала новая посуда, купленная Катей, а хрустальные люстры, отмытые подкисленной водой, сияли, переливаясь в огоньках свечей. Кухарка Марта, привезенная Штерном из Литвы, оказалась сокровищем, ее еда таяла во рту, она сразу поняла, что молодая хозяйка беременна, и начала готовить для нее легкие и вкусные блюда, которые Катя ела с удовольствием.

Штерн приехал через две недели и сказал, что паспорт будет готов завтра, нужно только решить, кого из слуг следует в него вписать. Катя попросила вписать Поленьку и Марту, если Штерн согласен ее отпустить. Иван Иванович позвал Марту и спросил, хочет ли она ехать в Англию с молодой хозяйкой. Марта с радостью согласилась.

На следующий день поверенный принес в дом на набережной Мойки паспорт графини Екатерины Павловны Бельской и сопровождающих ее слуг и расписку на оплату двух кают на корабле «Орел», отправляющемся из Санкт-Петербурга в Ливерпуль через два дня.

Рано утром через два дня Штерн проводил Катю в большую каюту, расположенную на верхней палубе легкого трехмачтового корабля. Соседнюю каюту заняли Поленька и Марта. Капитан, высокий мужественный блондин средних лет, представился Кате как капитан Сиддонс и приветствовал ее на борту «Орла». Он сказал, что других пассажиров нет, все боятся блокады, объявленной Наполеоном Англии, поэтому сейчас корабли зарабатывают только перевозкой грузов и почты.

Штерн попрощался с Катей, пожал руку капитану и сошел на пристань. Он долго стоял, наблюдая, как корабль отходит от берега, и как становится все меньше и меньше тоненькая фигурка в черном, стоящая на корме. Иван Иванович выбрал для своей клиентки самую надежную компанию «Северная звезда», имеющую отделения и в Санкт-Петербурге, и в Лондоне, но как бы он удивился, если бы ему стало известно, что настоящим владельцем «Северной звезды» является муж его клиентки, от которого она сейчас убегала, светлейший князь Алексей Черкасский.

Апрель в Ратманово всегда был самым нарядным месяцем: сверкающая белая колоннада дома, яркая зеленая трава на холме перед ним, цветники, украшенные первыми весенними цветами, создавали прекрасную картину на фоне солнечного ярко-голубого неба. Черная земля освободилась от снега, и нежная зелень озимых радовала глаз на просторах бесконечных полей, расстилающихся вокруг усадьбы.

Весеннее настроение, охватившее все поместье, не разделял только его хозяин. Сразу пожалев о том, что отправил Кате то злосчастное письмо, он проклинал себя, и, заливая водкой тоску и отчаяние, просидел взаперти в своем кабинете неделю. Потом, не выдержав, собрался и поехал в Бельцы, чтобы любой ценой вымолить у жены прощение за свой безумный поступок и все обиды, которые он ей причинил. Но мадам Леже, вышедшая ему навстречу, сообщила об отъезде княгини пять дней назад в Москву к тетушке.

Разочарованный Алексей вернулся в Ратманово с намерением тотчас же выехать в Москву, но, обдумав сложившуюся ситуацию, решил, что пытаться восстановить отношения в чужом доме в присутствии незнакомых родственников - не самая простая задача. Поэтому он решил поступить более тонко: написать Кате покаянное письмо, предупредить о своем приезде и, если повезет, дождаться ее ответа. При любом развитии событий, ответит ли ему жена или нет, князь собирался выехать в Москву. Только потеряв Катю, он понял, как был неправ, сравнивая ее со светскими дамами, оценил ее чистоту и благородство. Панцирь его цинизма треснул, и Алексей с удивлением понял, что сам способен верить и любить. Молодой человек принял решение, что должен любой ценой вернуть свою Катю.

Множество раз Алексей начинал писать письмо, но, снова и снова рвал его и выбрасывал в корзину. Наконец после двух часов мучений, он написал вариант, который счел сносным:

«Милая, я лучше всех знаю, что меня нельзя простить. Но умоляю тебя, найди в своем сердце милосердие, разреши мне приехать, чтобы умолять тебя о прощении.

Я люблю тебя и не могу без тебя жить.

Я буду в Москве 20-го апреля, пожалуйста, дай мне знать, что я могу увидеть тебя. Алексей».

Запечатав конверт, он вызвал Сашку и велел тому срочно выехать в Москву, менять лошадей круглосуточно, но доставить письмо княгине самое позднее через три дня.